Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

глубине души она знала, что, если бы не ее прошлое, с этим мужчиной она была бы готова провести остаток своей жизни.

Но как только она откроет рот, все изменится. Она глубоко вдохнула.

— Гейб, если бы у тебя был шанс на озере Уильямс… если бы тот офицер не прибыл в тот момент… ты бы убил его? — спросила она.

Гейб почувствовал нечто холодное и зловещее. Над долинами снова начали собираться тучи, и по луне как будто скользнула темная тень крыльев.

— Ты имеешь в виду Стайгера? Когда я ударил его электрошокером?

— Да. После того, как ты ударил его электрошокером, и до того, как туда добрался другой полицейский, ты ведь мог убить его? В тот момент?

Гейб глубоко вздохнул. Это был момент болезненный, но честный. Он ничего не хотел скрывать. Ни от нее, ни от себя самого.

— Да, — тихо произнес он и поведал ей то, что утаил от психологов: — Я бы убил его. Но мой капрал прибыл первым.

Она наклонилась ближе, в ней чувствовалась некая настойчивость. В его сердце закралась непонятная тревога.

— А если бы ты убил его? Что тогда?

— Я не убивал его.

— Но если бы все же убил?

Мурашки пробежали по его коже от чувства приближающегося страха.

— Если бы можно было доказать, что я не действовал исключительно в целях самообороны, тогда я считался бы преступником. И отсидел бы срок.

— И это было бы справедливо?

Гейб посмотрел на залитые лунным светом долины и прикоснулся к ружью.

— Закон не всегда справедлив, Сильвер.

— Но ты скрыл бы правду, если бы знал, что это сойдет тебе с рук? Если бы не было абсолютно никаких свидетелей?

Он пытливо посмотрел на нее.

— К чему ты клонишь?

Она судорожно втянула в себя воздух.

— Гейб… Стайгер повесил эту кровавую приманку на дерево, потому что неким образом знал, что пять лет назад я сделала то же самое. Чтобы избавиться от улик.

Его охватило мрачное предчувствие.

— Каких улик?

По ее щеке скатилась слеза.

— Я убила человека, Гейб.

У него перехватило дыхание. Он не решался спросить ее, он не хотел знать. Опасаясь того, что она собиралась сказать, он в то же время вынужден узнать больше. Окинув взглядом долину, он крепко сжал ружье. Чересчур крепко.

— Что? — прохрипел он. — Кого ты убила, Сильвер?

Она отвела взгляд.

— Дэвида Радкина. Отца моего сына.

Глава 16

Весь мир Гейба опрокинулся.

— Ты найдешь запись в папках нераскрытых дел в отделе полиции Блэк-Эрроу-Фоллз, — тихо сказала она. — Группа следователей приезжала из Уайтхорса, чтобы допросить меня. Но они ничего не смогли на меня повесить. Я… я отказывалась говорить. У них же не было никаких доказательств. Кровавая приманка привлекла падальщиков, которые уничтожили бо`льшую часть того, что осталось.

Господи.

Он не мог смотреть на нее. Его голову как будто сжали тисками.

Она резко распахнула куртку и обнажила шрам.

— Посмотри на меня, Гейб! Это его работа! Мой сын утонул у него на глазах. И когда я нашла пьяного Дэвида рядом с маленьким телом Джонни, лежащим на камнях под палящим солнцем, я…

— Довольно!

Ему стало не по себе. Оторвав глаза от заснеженной долины внизу, он перевел взгляд на нее. В лунном свете она была бледной как полотно. Глаза огромные. Полные боли.

Гейб не знал, сможет ли он доверять своему голосу.

— Сильвер, я… я полицейский. Ты… тебе лучше остановиться. Здесь и сейчас. Не говори со мной, ничего мне не рассказывай. Пока не найдешь адвоката. Ты сделаешь это только с адвокатом.

По ее лицу покатились слезы. Она обхватила колени руками и теперь раскачивалась взад-вперед. Боже, ему нужно знать больше. Но как бы он тогда поступил?

Он был полицейским. В форме с сержантскими нашивками. Она была гражданским лицом, признавшимся в убийстве.

Он будет вынужден призвать ее к ответу. В связи с убийством Старого Ворона вновь откроют дело Радкина. Окровавленные тряпки могли бы навести на аналогии. Сильвер станут допрашивать.

Если же он ее не арестует, его постфактум могут счесть соучастником. И тогда его карьере конец.

Он встал, провел рукой по лицу — разгоряченному, несмотря на пронизывающий холод, — и посмотрел на нее сверху вниз, на маленькую храбрую фигурку, бледную в призрачном лунном свете.

Его коснулось какое-то неприятное ощущение. Холодный шепоток зла.

Он нервно оглядел долину, но не увидел ничего подозрительного.

Он опустился на колени рядом с Сильвер. Он хотел выслушать все до конца. Он должен это сделать, отдавая себе отчет в том, что это знание может стать его падением.

— Хорошо, расскажи мне, что случилось. Всё. Мне нужно знать всё.

— Гейб… я… — Она сглотнула, ее глаза заблестели. — Я просто хочу, чтобы ты понял и простил меня.

— Поговори со мной, Сильвер, — мягко сказал он.

— Когда я нашла их, когда увидела, что случилось с моим Джонни, я сорвалась. Я столкнулась с Дэвидом…

— Будучи вооружена?

— Я… да.

Он тихо выругался.

— Не думаю, что я застрелила бы его в тот момент, но я хотела заставить его страдать, истекать кровью. Но он был сильнее, он отбросил меня назад, на речные камни. Я едва не потеряла сознание. Он пригрозил, что убьет меня. Он обзывал меня последними словами, говорил, что я разрушила его жизнь. Он явно до этого что-то принял. Обезумевший, неестественно сильный. Зазубренным куском ржавой жести он распорол мне грудь, а потом… — она запнулась, дрожа. — Он… изнасиловал меня. Он сделал мне больно. Прямо на расстоянии вытянутой руки от моего мертвого ребенка.

Гейб почувствовал, как у него скрутило желудок. От ярости каждый мускул в его теле окаменел. Пальцы сжали холодный ружейный ствол, весь его мир превратился в узкий, темный тоннель.

— Но прежде чем Дэвид смог меня прикончить, прежде чем он успел дотянуться до своего ружья, я вытащила нож и ударила его. Под ребра, под углом вверх. Так, чтобы убить его наверняка. Я нисколько не сомневалась, что он собирался застрелить меня. — Она умолкла.

Гейб ничего не сказал, он не знал, что и думать.

— Это была самооборона, Гейб. Поверь, это была самооборона, честное слово.

Гейб выругался про себя. Ей будет так трудно это доказать.

Если подробности признания войдут в протокол, это даст королевскому прокурору основания утверждать, что она подползла к Радкину с намерением убить его, хотя тот был безоружен и недееспособен. В тот момент ее жизни ничего не угрожало. Возможно, ей вменили бы убийство второй степени, что автоматически повлекло бы за собой пожизненное заключение. Если ей