Читать книгу - "Однажды в Гарлеме - Колсон Уайтхед"

class="p1">Насколько помнилось Карни, парнишка, Джейкоб, угрюмый рябой подросток из трущоб Ладлоу-стрит, не проработал в лавке и года. «…и сыновья» на вывеске всегда было мечтой — жена Ароновица давным-давно перебралась к сестре в Джерси, — но в Радиоряде все магазинчики держались на браваде и похвальбе: «Лучший в городе», «Дом ценностей», «Непревзойденный». Много лет назад бум электроники превратил этот район в театр иммигрантских амбиций. Повесь вывеску над магазинчиком, разрекламируй товар и вырвись из суматохи съемных квартир. И если тебе повезет, расширишь торговлю, откроешь второй в разорившейся соседней лавке. А в старости передашь дела сыновьям и поселишься на Лонг-Айленде, в одном из новеньких пригородов. Если тебе повезет.

Лучше б Ароновиц заменил это «…и сыновья» на что-нибудь пофасонистей, думал Карни: «Радио и телевизоры эпохи атома», «Электроника реактивного века». Но молчал, поскольку у них с Ароновицем было заведено ровно наоборот: старик советовал ему, как коммерсант коммерсанту, но получалось нечто вроде «врач, исцели себя сам». Карни не нуждался в его подсказках, как вести бухучет и расставлять товар. Диплом специалиста по управлению бизнесом, выданный Куинз-колледжем, висел у него в кабинете возле фотокарточки с автографом певицы Лины Хорн.

Карни занес все три приемника в магазин. На тротуарах в Ряду уже нет былой толчеи.

— Нет, они не сломались, — пояснил Карни, едва Ароновиц развернул чехол с инструментами. Чехол был из зеленого войлока, с несколькими отделениями. — Я просто подумал, вдруг вы захотите их купить.

— То есть чинить их не нужно?

Как будто исправная вещь — такая уж диковина.

— Все равно мне надо было к вам за телевизором, вот я и решил предложить. — С одной стороны, зачем бы торговцу приемниками лишний приемник, с другой — у всякого бизнесмена есть приработки. У Ароновица они точно были, и Карни это знал. — Может, разберете на детали?

Ароновиц понурил плечи.

— Детали. Клиентов у меня нет, мистер Карни, это уж точно, зато деталей в избытке.

— Я ваш клиент.

— Вы мой клиент, мистер Карни. Причем очень надежный. — Старик спросил, как поживают жена и дочь Карни. Скоро родится еще один? Мазл тов, поздравляю. Провел пальцем по черным подтяжкам, задумался. — Есть у меня знакомец в Кэмдене, — произнес он наконец, — это по его части. Любит «РКА». Может, и заинтересуется. Или нет. Оставьте, а в следующий раз, как придете, я вам скажу, как и что.

— Но как быть с «Магнавоксом»? Корпус из грецкого ореха, динамик восемнадцать дюймов, проигрыватель-автомат британской фирмы «Колларо». Три года назад был последним словом техники.

— Его тоже оставьте, посмотрим.

Лицо у Ароновица всегда было вислым — заметные брылы, мочки оттянуты книзу, веки набрякли, — и тело его, казалось, тоже клонилось к земле. Словно, пока он дни напролет просиживал над приборами, те всасывали его в себя. Последнее время старик заметно ссутулился, точно смирился с житейскими обстоятельствами. Другие товары, новая клиентура, на одном задоре не выедешь. Но и в эти темные дни ему было чем заняться.

— У меня же ваш телевизор.

Ароновиц кашлянул в выцветший желтый платок. Карни проследовал за хозяином в дальнюю комнату.

Название магазинчика — крупными золотыми буквами на витрине — сулило одно, облезлый прилавок другое, а эта комната и вовсе сообщала третье, духовное. Атмосфера здесь царила иная, сумеречная, однако благоговейная; гомон Радиоряда сюда доносился слабо. Разобранные приемники, кинескопы всех мастей, на металлических полках в беспорядке — внутренности механизмов. В центре комнаты рабочий стол с лампой, свободное место на рубцеватой столешнице дожидается следующего пациента, вокруг аккуратно разложены инструменты и коробкообразные измерительные приборы. Полвека назад большинства этих предметов не существовало, разве что в виде проекта, мелькнувшего в воображении изобретателя, — и вдруг появились такие вот комнатки, а с ними хранители их секретов.

А потом выходила очередная новинка.

Там, где некогда был стол помощника, ныне вытянулась армейская раскладушка со сложенным в несколько раз клетчатым шерстяным одеялом. Неужели старик здесь ночует? Карни заметил, что Ароновиц еще сильнее похудел. Карни подумал было спросить его о самочувствии, но решил, что не стоит.

Транзисторные приемники пылились на витрине у входа в лавку, в задней же комнате предметы сменялись чаще. «Филко 4242», принесенный Карни, стоял на полу. Фредди привез его на скрипучей тележке в магазин Карни, божился, что «состояние первый класс». Порой Карни так и подмывало надавить на кузена, пока не сломается и не признается, что соврал, но порой его переполняла такая любовь к парню, что он стыдился, если в душе шевелилось подозрение. Карни вставил вилку в розетку, включил телевизор, но получил лишь белую точку в центре экрана и раздражающий гул. Карни не спросил, где Фредди взял телевизор. Он никогда не спрашивал. Если верно назначить цену, телевизоры быстро исчезают из отдела чуть подержанных товаров.

— До сих пор в коробках, — заметил Карни.

— Что? А, эти.

У двери туалета стояли друг на друге четыре телевизора «Силверстоун», напольные, в корпусах из светлого дерева, модель «Лоубой», все каналы. Их выпускает «Сирз», а покупатели Карни уважают «Сирз» с детства, еще с той поры, когда их родители заказывали по каталогам, потому что белые продавцы в их южных городках не продали бы им ничего или взвинтили бы цену.

— Их принесли вчера, — пояснил Ароновиц. — Сказали, что они якобы выпали из кузова.

— Коробки вроде не мятые.

— Значит, невысоко падали.

В розницу сто восемьдесят девять, да еще долларов двадцать сверху — гарлемский налог на товары из белого магазина; к югу от линии Мэйсона — Диксона не возбраняется запросить лишнего.

— Пожалуй, один я бы продал, — сказал Карни.

За полторы сотни в рассрочку его с руками оторвут и еще пропоют американский гимн.

— Я готов расстаться с двумя. И за ремонт «Филко» не возьму ничего. Там всего-то проводок отошел.

Ударили по рукам. Карни уже собрался уходить, но Ароновиц спросил:

— Вы не поможете мне перенести приемники в заднюю комнату? В зале я стараюсь держать только презентабельный товар.

На север Карни поехал по Девятой авеню, трястись по шоссе с новыми телевизорами не рискнул. Минус три приемника, плюс три телика — неплохое начало дня. Велел Рыжему отнести телевизоры в лавку и укатил на Сто сорок первую, к дому покойной леди. По пути перехватил в «Чок Фулл о’Натс» пару хот-догов и кофе.

* * *

Лифт в доме № 3461 по Бродвею не работал. Причем, судя по объявлению, не первый день. Карни поднялся на четвертый этаж, считая ступеньки. Если он что-нибудь купит и потащит в машину, лучше бы понимать, сколько ступенек приведется проклясть на обратном пути. На втором этаже варили свиные голяшки и, судя по запаху, старые носки. Похоже, зря он сюда