Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс"

— Может, расскажете, что задумали?

— Потом, ладно?

Вот так они теперь разговаривают. Они отлично понимают друг друга. Коган что-то рассказывает, а что-то нет, и Джош с этим смирился. Ныть и совать нос в чужие дела бесполезно, Коган сразу сворачивает беседу.

— Забавно. Вам в каком виде? — спрашивает Джош.

— Не понял.

— Цифра, бумага? Две на странице? Четыре? Или, может, слайд-шоу?

Тед как-то не подумал, что вообще-то существуют цифровые технологии. Интересно, как люди будут реагировать, если он будет им фотографии на планшете показывать? С одной стороны, атмосфера будет более доверительной. С другой — если его застукают с этими фотографиями на планшете, у него будет куча неприятностей.

— Вот что, — говорит Джош, прежде чем Тед успевает ответить, — я их на карту памяти скину и покажу, что у меня есть. Вам когда нужно?

— Завтра, — отвечает Коган. — Рано утром.

7 мая 2007 года, 14.45

— Останови-ка! — говорит Мэдден, глядя на экран. — Вот же он, въезжает на парковку. Это его машина.

— Точно, это твой красавчик, — отвечает Бернс, который держит в руках пульт дистанционного управления.

На мониторе время, 11.32. Значит, Коган сначала съездил в центр, а уж потом в бесплатную клинику. А вот он входит в здание. 11.33.21.

— Он разговаривает с той же женщиной, что и я, — сообщает Мэдден директору клиники, Ребекке. Она разрешила им просмотреть пленки службы безопасности, но энтузиазма при этом не продемонстрировала. — Как ее зовут?

— Это Хетер. В прошлом году она пришла к нам волонтером, а сейчас мы ей уже зарплату платим. Там частичная занятость, но все-таки деньги.

— Она сегодня здесь?

— Во вторую смену. Минут через двадцать придет.

— Смотри-ка, — Бернс показывает на экран, — у него целая куча фотографий. Не меньше четырех снимков. У нас столько нету.

Мэдден зачарованно наблюдает за тем, как Коган двигается и ведет себя. Смущенное вступление, пара обаятельных улыбок. Вот гад, он с ней флиртует! Вообще говоря, он всех, кто попадается ему на пути, пытается обаять. Ей же лет двадцать, может, двадцать один, с отвращением думает Хэнк. Подумать только, этому парню разрешали осматривать пациенток в больнице, давали полный карт-бланш. Он трогал молоденьких девочек. В голове не укладывается!

— Она покачала головой, — комментирует Бернс. — Вот, еще раз.

Мэдден не отвечает. Он борется с подступившей тошнотой.

— Хэнк, ты как?

— Нормально. — Ощутив, что напарник внимательно его разглядывает, Мэдден достает платок и вытирает лоб. — Все нормально, не парься.

Они смотрят пленку дальше. Звука нет. В кадр входит еще одна женщина. Хэнка потихоньку отпускает. Хетер передает ей какие-то бумаги. И снова что-то говорит Когану.

Полицейские досматривают пленку до конца. Коган садится в машину и уезжает.

— А эта Хетер, — оборачивается к Ребекке Коган, — она вам что-нибудь об этом говорила?

— Нет, она об этом не упоминала.

— Похоже, он ничего не узнал, — объявляет Бернс.

— Посмотрим, что она нам скажет. Через двадцать минут, вы говорите?

Директриса кивает и спрашивает:

— И что, он может быть опасен?

— Мы не знаем, что он задумал. Ладно, подождите, мы скоро вернемся. Пойдемте, мистер Бернс. Я вам латте куплю.

6 мая 2007 года, 11.33

Коган входит и с порога понимает, что девушка на ресепшен ему не поможет. У нее выбриты виски и высветлены волосы на макушке. В каждом ухе как минимум пять сережек плюс по две над бровями. На ее внешний вид Теду наплевать, в больнице он достаточно повидал фанатов пирсинга и татуировок. Нет, дело в том, как она на него смотрит. В лучшем случае равнодушно, в худшем — с раздражением. Явно мысленно спрашивает: ну, а ты какое дерьмо продаешь?

— Здравствуйте, — холодно говорит он, решив и вести себя соответственно. — Простите, что беспокою вас.

— Здравствуйте, — столь же холодно отвечает девушка. — В чем дело?

Так же, как и в центре планирования семьи, Тед достает удостоверение врача, старое, последнее у него отобрали, когда отстраняли от должности.

— Я работаю в больнице Парквью. — Тед машет удостоверением где-то на уровне груди. — У меня есть пациентка, которая, вполне возможно, обращалась к вам несколько месяцев назад. А может быть, и нет. У нее сейчас куча проблем. И мы пытаемся установить, приходила ли она сюда. Я понимаю, это давно было, но не согласитесь ли вы взглянуть на пару фотографий?

— А что за проблемы?

— Личного характера.

— У нас тут клиника, — говорит девушка. — Вы же знаете, мы не имеем права предоставлять информацию о пациентах.

Коган отвечает, что он все знает, но ведь она может просто взглянуть? Вполне вероятно, что эта пациентка к ним вообще не приходила, и чего тогда огород городить? Прежде чем девушка успевает отказаться или согласиться, Тед вытаскивает большой листок с распечатанными фотографиями и кладет на стойку.

На всех снимках Кристен выглядит чуть-чуть по-разному. Если приглядеться, понятно, что с двух фотографий удалили при помощи фотошопа ее друзей. На второй паре снимков ее запечатлели, когда она этого не ждала, хотя на одном из них Кристен пристально и немного сердито смотрит прямо в объектив.

Джош использовал зум, когда снимал ее, забравшись на скамейку в школьном дворе. Кристен стоит в толпе, но все остальные повернулись к фотографу спинами. И только Кристен смотрит в его сторону, и этот контраст создает отличный художественный эффект. Смотрит в камеру она и вправду очень серьезно и сердито, так что непонятно, о чем же она думает. Любит она вас или ненавидит? Все равно не угадаете.

— Это та самая цыпочка.

Тед моргает:

— Та самая — это какая? Что вы имеете в виду?

— Да про нее полицейский пару недель назад приходил спрашивать.

Она отодвигает снимки, но внезапно замирает. Что-то привлекло ее внимание. Девушка смотрит на нижнюю левую фотографию. Единственную, на которой Кристен в бейсболке с логотипом кинофестиваля.

— Что такое? — спрашивает Тед.

Девушка медленно поднимает голову, и вид у нее потрясенный и испуганный.

— А что с ней случилось? — спрашивает она.

— Вы ее помните?

— Может, и помню.

— Очень может быть? Или так, показалось?

— Вы в Парквью работаете?

— Ну да.

— У нас тут одна врачиха от вас добровольцем работает. Доктор Беклер.

У Теда сердце уходит в пятки.

— Я забыла, как ее зовут, эту Беклер, — несколько неестественно продолжает девушка.

Как бы Коган ни был сейчас увлечен своими мыслями, он все же догадывается, что его проверяют.

— Ее зовут Энн.

— А, ну да, Энн! — И все же она по-прежнему подозрительно его разглядывает. — Вы с ней знакомы?

— Да. Признаться, — несколько смущенно произносит Тед, — у нас было несколько стычек в