Читать книгу - "Школа для негодяев - Дэнни Кинг"

Грегсон, Фодерингштайн и Шарпей так и зыркали глазами — следили за реакцией каждого из нас. Поправить что-либо я уже был не в силах, поэтому шлепнулся за парту, почесал в затылке и постарался прикинуть, где же мы с Крысой прокололись.

Вчера мы залезли в класс, вынесли школьный видак и продали его какому-то типу из паба. Что еще требовалось, чтобы сегодня утром Грегсон проснулся бывшим владельцем видеомагнитофона? Что за фигня вообще творится?

Я грыз ногти, как всегда в минуты волнения, и наспех перебирал возможные варианты. Увы, в голову приходило лишь одно объяснение: неужели наша вчерашняя вылазка мне просто приснилась?

Я поднял глаза. Все трое — Фодерингштайн, Шарпей и, самое неприятное, Грегсон — в упор смотрели на меня. Можно было не сомневаться: они все знают. Ч-черт.

Однако же не пойман — не вор. Отрицать все до последнего всегда было моим девизом, так что я решил срочно расправить плечи, убрать с лица хмурое выражение и закусить губу, пока события не получили дальнейшего развития.

— Итак, джентльмены, кое-кто из вас вчера вечером был чрезвычайно занят, не так ли? — холодно улыбаясь, сказал Грегсон.

Класс растерянно переглядывался, Крыса, конечно же, переигрывал и был похож на злодея из немого кино.

— Может быть, виновные сэкономят наше время и сами поднимут руки?

Грегсон нетерпеливо побарабанил пальцами левой руки по локтю правой. Мы с Крысой сидели, будто приклеенные.

— Видите ли, юноши, дело в том, что личности преступников нам уже известны. У нас есть запись с камеры слежения, показания свидетелей и отпечатки пальцев, так что мы все знаем. Советую не тянуть кота за хвост и признаться добровольно.

Крыса вопросительно посмотрел на меня, в ответ я испепелил его самым жгучим «не-смей-этого-делать» взглядом и схватил за руку, которая уже было двинулась вверх.

Если Грегсон знает, кто стырил видак, — отлично, мы никуда не денемся, но только пусть он сам назовет наши фамилии. Мы здесь, у него на глазах, так что ему мешает взять нас за шкирку? Я имею в виду, если Грегсон действительно имел на руках все доказательства (как он утверждал), вряд ли мы с Крысой сидели бы сейчас на этом показательном уроке двойного блефа.

Нет. Грегсон хотел взять нас на понт, вот и все. Старому лису придется попотеть, так легко подцепить меня на крючок ему не удастся!

— Ладно, не хотите по-хорошему, будет по-плохому. Мистер Фодерингей… — Он не договорил, потому что Тормоз вдруг поднял руку. — Э-э… слушаю вас, мистер Дженкинс. — Грегсон, казалось, слегка удивился. Надо заметить, его удивление не было и вполовину таким сильным, как мое.

— Я подглядел только один разочек, сэр, но ничего не видел, честное слово, — промямлил он, и мы все затаили дыхание.

— Подглядел? Ах, да. Может, расскажете обо всем до конца? Кто еще был с вами? — Грегсон быстро сориентировался.

— Бобби, Алан и Терри, — ответил Тормоз, сдавая, соответственно, Рыжего, Шпалу и Неандертальца.

— Ну, гад, я тебя по стенке размажу! — вскочил из-за парты Неандерталец.

— Всему свое время, мистер Томлинсон, — промурлыкал Грегсон и жестом велел Фодерингею воссоединить Неандертальца с его стулом. — Продолжайте, мистер Дженкинс. Нам очень интересно, что же вы видели.

От смущения Тормоз залился краской и начал корчить рожи, но потом, наконец, раскололся. Вчера вечером он, Рыжий, Шпала и Неандерталец подсматривали за мисс Говард, когда та раздевалась у себя в комнате.

— Что? Как?! — вырвалось у Крысы, и я, не в силах сдерживать напряжение, захохотал.

Оказалось, что ребятки из комнаты № 3 ухитрились снять со своего окна решетку и подвесили Тормоза за лодыжки (как самого мелкого и легкого из четверых). Пока Шпала и Рыжий держали его, Тормоз должен был засечь процесс раздевания мисс Говард. Неандерталец со своим весом в девяносто килограммов пожелал быть следующим на очереди. Колоссальный ум, правда?

— И что ты видел? — Крыса едва не трясся от возбуждения.

— Ничего, правда, совсем ничего, — уверял Тормоз, невольно спасая от переломов восемнадцать ученических хребтов и клумбу в Гафине.

— А сиськи видел? А лифчики, лифчики — валялись на кровати или были разбросаны по всей комнате? — разгорячился Крыса. Интуиция подсказывала мне, что бо́льшую часть сегодняшнего вечера одна из кабинок в сортире будет плотно закрыта изнутри с помощью крысиного носка.

— Спасибо, мистер Макфарлан. Думаю, этого достаточно, — остановил дискуссию Грегсон. — Вернемся к более актуальному вопросу, а именно, школьному видеомагнитофону.

У меня в груди екнуло. Я-то надеялся, что естественнонаучный интерес парней из комнаты № 3 и был причиной дознания. Упоминание видака мгновенно опустило меня на землю.

— Мы хотим знать, кто украл его из школы и продал, — сказал Грегсон, пристально глядя на меня.

Я решил поставить себя под удар и переспросил, что он имеет в виду.

— Посмотрите, сэр, видеомагнитофон на месте, значит, его никто не крал.

Несколько человек закивали, подтверждая мою правоту.

— Да, мистер Банстед, сейчас он стоит на месте, но вчера вечером его здесь не было. Нам отнюдь не нравится выкупать собственное имущество черт знает у кого, поэтому я требую, чтобы виновные немедленно назвали себя! — сделал последнюю — и тщетную — попытку Грегсон. — Та-ак, хорошо. Значит, придется устроить обыск. Мистер Фодерингей, будьте добры, отведите джентльменов из комнаты «А» наверх и обыщите их спальню. Все найденные деньги изымайте. За молодыми людьми числится долг на сумму восемьдесят фунтов, и мистер Шарп очень хочет, чтобы ему возместили расходы.

Восемьдесят фунтов?! Значит, Мартин заработал на нас пятьдесят пять монет, вот проныра! Ладно же, подумал я, в следующий раз мы не продешевим.

Обитатели комнаты «А» вернулись через десять минут, обеднев на двенадцать фунтов и восемьдесят семь пенсов. Пришла очередь комнаты «Б». Фодерингштайн отконвоировал их на третий этаж, пока Грегсон с Шарпеем продолжали выцарапывать из нас признание. Само собой, оптимизм обоих преподов был напрасным.

— Мы все равно вычислим негодника, так что лучше признавайтесь, не удлиняйте дистанцию, — повторял Грегсон.

— У этого нашли больше двадцати фунтов, — известил Шарпей, буксируя за ухо гориллу из комнаты «Б» по кличке Конопля.

— Зачем вам столько денег, мистер Кемпторн? Где вы их взяли? — потребовал ответа Грегсон.

— Мать прислала, — заявил Конопля, хотя, если это было так, то его мамаша слабовато оформила материально-техническую базу, потому что насобирала для сына одну мелочь.

— Нашлись ли деньги у других джентльменов, мистер Фодерингей? — спросил Грегсон.

— Всего несколько пенсов, — ответил Фодерингштайн.

— Что ж, можем считать, что тайна раскрыта, — заключил Грегсон. — Ступайте к моему кабинету, мистер Кемпторн, и ждите наказания.