Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

Потом Марлен Рубиш рассказала, что была в церкви и услышала, как Бен и Сара звонили что было сил в дом священника. Она знала, что ничего не подозревающий Эрленбах скоро вернется и оба проберутся за ним в этот подвал, где выяснят, что творится тут внизу. Она ни в коем случае не хотела допустить, чтобы они арестовали его. Так что недолго думая она с Дженнифер, которую до этого прятала в крипте под церковью, прошла сюда через другой вход и пристегнула девушку к гильотине, чтобы иметь козырь, если полиция — в случае с Сарой предположение было верным — задержит здесь, внизу, Эрленбаха.

Марлен Рубиш вздохнула:

— Он подверг наши и свои деяния божественной проверке. Он часто говорил об этой своей теории.

Эрленбах задумчиво кивал. На его лице отразилась тревога.

— Да, ты права, — сказал он затем. — Чтобы быть уверенным в соответствии его действий Божьей воле, ему нужен знак от Господа, что Тот одобряет его план. Он оставляет следы, которые ведут к нему. Но если может беспрепятственно продолжать, то рассматривает это как согласие Бога.

«Убийца бросает за собой хлебные крошки, которые указывают нам дорогу», — снова подумал Бен. Так что его подозрение подтвердилось. Только в нынешней ситуации это ему все равно не поможет. Время шло, а он был прикован к стене.

— Это о Михаэле вы говорите все время? — спросил Бен.

Бертольд Эрленбах и Марлен Рубиш обернулись. На какое-то время наступила тишина. Потом Эрленбах снова повернулся к Марлен Рубиш:

— Болезнь его изменила. Он поступает несправедливо и уже не замечает этого. Он убивает невиновных женщин. Мы больше не можем защищать его.

У Марлен Рубиш на глаза навернулись слезы. Наигранное хладнокровие покидало ее.

— Михаэль похитил Карлу Браун. Но мы не знаем, где он находится, — сказала она наконец.

Значит, Анита Браун была все-таки права, подумал Бен. Только почему ученик интерната похитил Карлу?

— Он выехал из общежития два месяца назад и с тех пор давал о себе знать только один раз. И то лишь для того, чтобы попросить меня об одолжении — выдать себя за ясновидящего и назвать вам дату и время, — рассказал Эрленбах. — Почему он хотел, чтобы я это сделал, Михаэль не признался.

— А тогда почему вы это сделали? Почему помогли ему? — спросила Сара.

— Потому что он угрожал выдать нас. Предать огласке то, чем мы занимаемся, — объяснила Марлен Рубиш. — Он словно спятил, молол вздор о Боге, который якобы говорил с ним и дал задание. Он также сказал, что не проживет долго. У него диагностировали опухоль мозга.

— Теперь все равно станет известно, что вы делали здесь, внизу, — вступил в разговор Бен.

Марлен Рубиш схватила Эрленбаха за плечо.

— Он говорит ерунду. Ситуация у нас под контролем. Если мы их не выпустим, если устраним их, то сможем продолжать, — уговаривала она.

Бен с ужасом констатировал, что она, скорее всего, права. А не дав Саре позвонить коллегам, он сделал так, что никто не знает, где именно они находятся. Марлен Рубиш и Бертольд Эрленбах до смерти пытали здесь, внизу, людей. Он спрашивал себя — почему? Сейчас они даже рассматривали возможность убить его, Сару и Дженнифер, чтобы сохранить свою тайну.

— Мои коллеги тоже смогут правильно истолковать все подсказки. Тем более если мы больше не появимся. Они знают, что мы здесь, на территории монастыря. Они будут нас искать и обнаружат потайные комнаты здесь, внизу. Так что вас все равно выведут на чистую воду. И тогда за вами будут числиться еще три абсолютно ненужных убийства, — сказала Сара.

Эрленбах ходил из угла в угол.

— Они ничего не сделали, — сказал он Марлен Рубиш.

Впервые в Бена вселилась надежда. Может, они еще выберутся отсюда.

— Я хотел бы все объяснить, чтобы они поняли: это не мы творим зло.

— Нет, ты этого не сделаешь. Больше ни слова, — приказала Марлен Рубиш Эрленбаху. — Мы и так уже рассказали слишком много.

— Мне очень жаль, Марлен, но для меня это важно.

Марлен закрыла глаза и вздохнула. Но больше не высказывала возражений.

Бен заметил, что Сара пытается вытащить руку из наручника. Он выдвинулся чуть вперед, чтобы Эрленбах и Рубиш не видели ее со своего места. Но у Сары не получилось.

— Вы знаете, что такое снафф-фильмы? — спросил Эрленбах.

Бен знал, о чем речь. В снафф-фильмах людей убивают только ради развлечения зрителей. Якобы такие видео можно купить из-под прилавка и в Интернете по самым высоким ценам. Но доказательств их существования пока не было обнаружено, то есть полиции еще не удалось найти соответствующие видеоматериалы.

— Почему вы занимаетесь такой мерзостью? — не удержалась Сара. — Одна из десяти Божьих заповедей гласит: «Не убий». Вы верующий человек и к тому же священник. Это же грех.

Эрленбах помассировал себе виски. Он выглядел измученным и, похоже, раздумывал, с чего начать.

— То, что мы делаем, мы делаем во имя Бога. Это оправдывает нарушение пятой заповеди.

Бен полагал, что Михаэль Рубиш, если его воспитывали эти психи, думал примерно так же.

— Это касается только человеческих отбросов, подонков, которые заслужили смерть. Мы оберегаем добродетель от греха. Бог уже более двадцати лет помогает нам искоренять зло на земле. Он оберегал нас, так что никто нас никогда даже не подозревал.

Бен понятия не имел, сколько же видео за двадцать лет успели снять Эрленбах и Рубиш. Незаметно он тянул за цепь вбитого в стену железного кольца. Но тот сидел прочно и ни на миллиметр не сдвигался. Бен начинал паниковать. Он не мог вынести, что его насильно удерживают здесь, в то время как Николь и Лиза находятся в руках Михаэля Рубиша. Оставался единственный шанс — как-то убедить Бертольда Эрленбаха и Марлен Рубиш отпустить их. Но как? Другой мучительный вопрос не давал ему покоя. Почему Михаэль Рубиш повесил эти убийства именно на него? Где связь?

— Но почему вы это делаете? Почему вы считаете, что в интересах Бога, чтобы вы убивали людей и снимали это на видео? — продолжала допытываться Сара.

Эрленбах долго смотрел на нее. Его взгляд был непроницаемым, но Бен все равно чувствовал, что внутри у мужчины все клокотало.

— Такое решение далось нам нелегко. В конце концов мы пришли к выводу, что Господь требует этого от нас. Это была Его воля. А причина кроется в событиях тридцатилетней давности. Фильмы не были нашим решением. Это пришло намного позже.

Он бросил на Марлен грустный взгляд. Она кивнула. Наконец он начал рассказывать:

— Уже более тридцати лет Марлен моя экономка.