Читать книгу - "Мертвецкая - Линда Фэйрстайн"

Перестрелка произошла летом. С тех пор я ездила к Мерсеру домой не реже раза в неделю и знала, что поправляется он быстро. Рана в груди, чуть не разорвавшая его на части, постепенно заживала. В начале нового года он собирался вернуться на работу на неполный день, но я думала, что одной праздничной вечеринки будет недостаточно, чтобы привести его к моему порогу.

Чэпмен разливал выпивку в кабинете под аккомпанемент шоу «Выиграй деньги Бена Стайна» на развлекательном канале «Комеди Централ». Заумный ведущий, как обычно, собирался вышибить всех участников цепью хороших ответов на трудные вопросы. Я смотрела на Мерсера. Чуть прихрамывая, он прошел в комнату и сел.

— Только что содрал с Куп достаточно денег, чтобы купить вам подарок на Кванзаа,[22]детектив Уоллес.

Мерсер поднял свой стакан, и мы чокнулись.

— За лучший год для всех нас. И за Лолу Дакоту, мир ее праху.

— Мерсер с самого утра начал трезвонить мне на пейджер с миллионом вопросов. Сказал, что приедет в офис, привезет нам свое досье по этому делу и заметки. Вот я и подумал, что он может с таким же успехом приехать в Арсенал на Парк-авеню.

Почти час мы обсуждали все, что Мерсер помнил по расследованию случая насилия в семье, явившегося частью первоначального иска Лолы. Ей нравилась невозмутимость и чувство собственного достоинства детектива Уоллеса. Благодаря этим своим качествам он стал выдающимся сотрудником Спецкорпуса — подразделения полицейского департамента, работающего вместе с моим отделом. Лола часто звонила ему: когда не могла принять решение или была напугана. Эти беседы помогли ей пережить некоторые наиболее тяжелые моменты отношений с Иваном. Я знала, какую боль ему причиняет то, что он не смог ее спасти.

— Пора одеваться. Время танцев. — Майк встал и, достав из шкафа наши пальто, начал одеваться. — За кем первый танец: за начальником Элл и или инспектором Каттером?

— Что ты делаешь завтра вечером, Алекс? — спросил Мерсер.

— Да ничего особенного. Никаких планов. Сначала я думала съездить в округ Колумбия, повидаться с Джейком — всего лишь на субботнюю ночь, — но сегодня утром Майк получил это предварительное заключение судмедэксперта. В нем говорилось, что смерть Лолы, скорее всего, будет признана убийством. Как только я об этом узнала, сразу позвонила ее сестре, Лили, хотела узнать, можем ли мы приехать к ней домой и поговорить. Сейчас не самое подходящее время, чтобы уезжать из города.

— Приходи завтра на ужин. Майк тебя привезет. Придут несколько друзей, будем наряжать елку. Жду тебя в семь.

— Звучит здорово.

— Неплохо подъехать к мисс Одинокое Сердце, когда ее личной говорящей головы нет в городе, а, Мерсер? Прямо как в старые добрые времена.

Я поехала с Майком и Мерсером в Арсенал Седьмого Полка — огромную крепость на Парк-авеню, построенную в 1879 году и занявшую целый квартал. Войдя внутрь, ты будто попадал в другую эпоху. Огромные залы, спроектированные Луисом Тиффани,[23]были увешаны мемориальными досками павших на войне в прошлом веке. Комнаты украшали головы лосей и другие серовато-коричневые рогатые чучела, которые стеклянными глазами взирали с высоты на происходящее. Сейчас фехтовальный зал сдавали в аренду для бесконечных выставок антиквариата по выходным и периодических званых обедов. Последние устраивали организации слишком прижимистые, чтобы снимать банкетные залы в настоящих ресторанах.

Едва мы вошли в зал на четвертом этаже, где проходила вечеринка, как нас окружила толпа детективов и полицейских, не видевших Мерсера со дня перестрелки. Я отошла в сторонку и направилась поздороваться с шефом убойного отдела.

— Слышал, вы с Чэпменом сегодня днем ездили в Королевский колледж. Есть успехи?

— Они начинают прозревать.

Несколько минут мы разговаривали, как вдруг у меня на поясе завибрировал пейджер. На первом этаже была телефонная будка. Я извинилась и спустилась вниз, чтобы перезвонить. Номер я узнала сразу — звонили по главной линии отдела дознания — приемного отдела, через который в наш офис попадали данные обо всех арестах на Манхэттене. Ответил диспетчер.

— Привет, это Алекс Купер. Знаете, кто мне звонил?

— Вас ищет Райан Блэкмер, Алекс. Подождите минутку.

— Прости, что отвлекаю, но я подумал, что ты захочешь быть в курсе, — сказал Райан — один из талантливейших юристов в отделе. Ему выпало дежурство в отделе дознания ночью пятницы. — Копы из 6-го участка только что арестовали одного придурка за попытку изнасилования.

— У тебя уже есть факты?

— Потерпевшая возвращалась домой от подруги вдоль парка Вашингтон-сквер — по северной стороне рядом с Аркой, — когда эта деревенщина схватил ее сзади и начал тереться. Хотел затащить в парк. Ей удалось вырваться и добраться домой. В службу спасения она позвонила из своей квартиры. Копы катали ее по округе почти час, и она опознала его в нескольких кварталах от площади.

— Он сделал какие-нибудь заявления?

— Да, он утверждает, что голубой. И невиновен.

— Чем я могу быть полезна?

— В сущности, ничем. Просто я не хотел, чтобы ты прочитала об этом в утренних газетах. Потерпевшая — аспирантка Нью-Йоркского университета. Вероятно, это никак не связано с твоим расследованием, но я подумал, что ты должна об этом знать. Похоже, на этой неделе в университетах открыли сезон охоты.

Я повесила трубку и на лифте поднялась на четвертый этаж. Лейтенант Петерсон только приехал и разговаривал с шефом. Последний поманил меня указательным пальцем.

— Я удивлен, что ты и Чэпмен не остались на службу.

— Какую службу?

— Петерсон рассказывает мне, что ректор Рекантати потребовал провести сегодня вечером молебен и всенощную, потом отменил все занятия и экзамены на следующей неделе и распустил студентов на рождественские каникулы.

Я пришла в ярость. Рекантати и Фут, наверное, спланировали это еще до того, как беседовали с нами сегодня днем, но решили ничего нам не говорить. Я поблагодарила за информацию и начала пробираться сквозь толпу в поисках Чэпмена. Он стоял в середине танцплощадки с одной из помощниц окружного прокурора из моего отдела, Пэтти Ринальди.

— Следующее танго можешь оставить за ним, он мне нужен всего на пару минут. — Я взяла Майка за руку и, отведя в сторонку, рассказала последние известия. — Это значит, что в понедельник нам не с кем будет беседовать, понимаешь? Студентов не будет. Возможно, преподавателей тоже. Они все разъедутся по домам на выходные.

— Расслабься, блондиночка. Завтра утром я первым делом нанесу Фут визит и раздобуду несколько имен и телефонов. Мы сделаем все, что в наших силах. — Он в танце скользнул обратно на танцплощадку, ни разу не оступившись, и закричал Пэтти под аккомпанемент «мотауновского» ритма: «Спаси меня! Заключи меня в объятия…»