Читать книгу - "На крутом вираже - Алексей Макеев"

Ни секунды не раздумывая, Гуров сорвался с места и бросился на кухню. Вбежав туда, он увидел следующую картину. В дальнем конце кухни у плиты застыл повар Вахтанг и в ужасе смотрел на лежащее на полу тело Насти.

Лев шагнул вперед и склонился над девушкой. Она была еще жива и силилась что-то сказать. Он даже мог ручаться, что она узнала его и хотела что-то сказать именно ему.

– Что? Что ты говоришь? – опустившись рядом с ней на колени, спросил Лев.

Девушка силилась выговорить какое-то слово, но из ее губ вырвался только хрип. На губах появилась пена. Тут Гуров заметил валявшийся рядом с девушкой стакан. Остатки жидкости из стакана вылились на пол. Настя дернулась еще раз, ноги заскребли по полу – и она затихла.

Послышались быстрые шаги, и в кухню вошли члены семьи. Первым спешил Виктор Селезнев, за ним следовали Аркадий Ширейко и Анатолий Перевозчиков, дальше виднелась фигура старшего Селезнева. Виктор, увидев лежащую Настю, стакан рядом с ней, тут же наклонился с намерением поднять этот стакан.

– Не трожь! – резко осадил его Гуров и рукой загородил стакан. Затем наклонился к губам девушки и, принюхавшись, различил знакомый горьковатый запах синильной кислоты.

– Что-то я уже совсем ничего не понимаю! – с возмущением проговорил Виктор. – Может быть, ты, пап, мне объяснишь? Ладно, пусть этот новый водитель хамит мне в гараже. Но он уже и у нас дома решил покомандовать! Почему я не могу поднять стакан с пола? Что, теперь водитель здесь главный, он все решает?

Георгий Селезнев не знал, что ответить сыну; вообще не знал, как реагировать в этой ситуации. И Гуров пришел ему на помощь. Он достал из заднего кармана свое служебное удостоверение, продемонстрировал его Виктору, а заодно всем остальным и сказал:

– Должен признаться в небольшом обмане. Я не водитель. И фамилия моя не Голубков, хотя звать меня действительно Лев Иванович. Я – полковник полиции Лев Гуров из Москвы. Прибыл сюда по приглашению Георгия Юрьевича, а также по просьбе моего непосредственного начальника, чтобы раскрыть преступление, приведшее к гибели Павла Горшенина. Это что касается меня. А что касается стакана, то его нельзя трогать без перчаток, потому что Настя, скорее всего, отравилась именно из него. На стакане должны быть ее отпечатки пальцев, но, возможно, есть еще чьи-то. Иметь четкие отпечатки нужно для раскрытия этого нового преступления.

– Преступления? – с недоумением воскликнула Инесса Максимовна. – Какого еще преступления? Так девочка отравилась? Какая жалость! Это Вахтанг виноват! Вечно у него на кухне все валяется в беспорядке! Немудрено, что занесли какую-нибудь бациллу. Тут мы все могли отравиться!

– Речь идет не о бытовом отравлении, – повернулся к ней Гуров. – Возле Настиного рта чувствуется явственный запах синильной кислоты. Она отравлена. Поэтому я и говорю об убийстве. Кажется, в этом стакане был какой-то коктейль. – Он посмотрел на повара: – Это ты делал коктейли для ужина?

– Да, коктейли к столу я делал, – твердо ответил Вахтанг. – Но ей я ничего не сбивал. Она пришла из столовой, что-то сгрузила с подноса, начала составлять часть в мойку, часть убирать в шкаф. Потом вдруг крикнула и упала…

– А может, она тоже ничего не составляла? – предположил Аркадий Ширейко. – Мне кажется, она выпила нетронутый бокал, который принесла из столовой. Видите, там на столе еще один нетронутый бокал стоит? Видимо, было два таких бокала. Настя принесла пустую посуду, а также два бокала, к которым никто не прикоснулся. И отпила из одного…

– Это я не пил свой коктейль, – заявил Анатолий Перевозчиков. – Я вообще не люблю коктейли и никогда их не употребляю. Напрасно для меня делали этот напиток.

– Но это значит… – медленно произнес Аркадий Ширейко. – Это значит, что яд в бокале предназначался вовсе не Насте, а вам! Это вас хотели отравить! Настя выпила чужой яд! Она погибла случайно!

– Почему же обязательно господина Перевозчикова? – покачал головой Лев. – Ведь нетронутых бокала было два. Кто-то еще не притронулся к своему напитку…

– Это я, – послышался от двери знакомый голос.

Все обернулись. В дверях кухни стояла Ксения Селезнева.

– Я тоже не пила коктейль, – сказала она.

Все переглянулись. Наступило общее молчание. Потом в тишине раздался голос Инессы Селезневой:

– Опять несчастье! Опять случайная смерть! Это какая-то черная полоса! Какая-то дьявольская тень накрыла наш дом!

Никто не отреагировал на это высказывание хозяйки. Гуров достал носовой платок, обернул им стакан, поднял его и положил на стол. Затем обернулся к Георгию Селезневу:

– Надо позвонить в Геленджик, в полицию. Скажите им, что произошло, что есть подозрение на убийство. А если конкретно, на отравление. Пусть срочно приезжают и привозят экспертов, чтобы провели тщательный осмотр места преступления.

– А сказать им, что вы здесь? И что это ваше мнение насчет отравления?

– Да, теперь это уже не тайна, – кивнул Лев. – Говорите все, как есть.

Миллионер достал телефон и вышел в гостиную, чтобы позвонить. Вслед за ним как по команде потянулись и остальные. Гуров поймал на себе испуганный взгляд Виктора Селезнева. Он вспомнил о тщательно подготовленном испытании, о попытке поймать преступника за руку. Да, теперь этому не суждено было состояться. А еще он вспомнил о том, как Настя остановила его в холле, о ее обещании рассказать о подслушанном разговоре. Он обернулся к повару. Теперь на кухне они оставались вдвоем.

– Скажи, Вахтанг, Настя тебе ничего не говорила о каком-то разговоре, который она случайно подслушала?

Тот ответил не сразу. Подумал, припоминая, потом сказал:

– Знаешь, Лев Иваныч, что-то такое она говорила. Вот буквально в последнюю минуту, прежде чем упасть. Да, точно припоминаю: она вон там стояла, бокалы с подноса ставила в мойку и говорила… Как же она сказала? Что-то вроде: «Знаешь, Вахтанг, что я только что услышала? Тут один человек говорил другому, что он разгадал весь замысел Льва Иваныча. Но у него может быть не один замысел, а несколько. И что с этим надо что-то делать. Представляешь? Я тут думаю…»

– Да, и что дальше? – спросил Гуров.

– А ничего. Тут она словно подавилась, вскрикнула и стала падать.

– Значит, коктейли ты готовил?

– Да, я их заранее приготовил. Это примерно полчаса назад было.

– И где ты это делал?

– Вот здесь, – ответил Вахтанг и показал на столик возле холодильника. – Вот бутылка с «Мартини», вот сок, вот соковыжималка – я на ней апельсин выжимал. А лед из морозилки брал.

– Ты их сделал, поставил на поднос – и все? Больше к ним никто не прикасался?

– Нет, пока не пришла Настя и не отнесла поднос в столовую, – никто.

– И никто в кухню не входил?

Повар снова задумался. Потом ответил: