Читать книгу - "Смерть на Кикладах. Сборник детективов №5 - Сергей Изуграфов"

Джеймс сконфузился, замолчал и на какое-то время отвлекся на блюдо с бараниной.

— Что скажете о шведках? — продолжал задавать вопросы Смолев.

— Об Урсуле и Аннике? Сложно сказать, — задумчиво покачала головой Лили. — Мы поговорили совсем недолго, но мне показалось, что наш разговор им был отчего-то в тягость. Они были предельно вежливы и доброжелательны, но тем все и ограничилось — словно витрина из стекла, за которую никак не пробиться. Закрытые, очень сдержанные, прекрасно воспитанные, — все, что я могу пока о них сказать. Мне даже показалось, что они гораздо больше англичане, чем мы, если вы понимаете, о чем я… Впрочем, я наполовину ирландка и горжусь этим! Кстати, у них отличный английский, в отличие от того странного господина с шарфом. Кажется, Риккардо? Он пытался сказать…

— Провалиться мне на этом месте, если я вообще понял хоть слово из того, что он нам пытался сказать, — в который раз перебил супругу Джеймс. — Он нес какую-то совершеннейшую абракадабру!

— Никакого разговора у нас не вышло, — подтвердила Лили. — Потом одна из студенток нам перевела с итальянского, что он журналист из Рима и приехал на юбилейный концерт одного очень известного испанского композитора, что на днях должен состояться на Паросе…

— Концерт? — уточнил Смолев.

— То ли концерт, то ли фестиваль, я лично толком не разобрал, — меланхолично покачал головой археолог, но тут же оживился и добавил: — Запомнил только, что пятьдесят лет творческой деятельности — уж чем, а датами меня не собьешь!.. Музыканты едут со всей Европы. Три дня гитарной музыки! Мы даже заинтересовались, не посетить ли нам его с Лили. Правда, у меня сейчас в музее очень много работы по датировке последних находок, но думаю, что я смогу выкроить время…

— Гитарной музыки, говорите? На Паросе? Любопытно! Как имя композитора? — заинтересовался Смолев.

— У меня отвратительная память на имена, Алекс, — сокрушенно покачал головой Бэрроу, снова наполняя бокал и присаживаясь на стоявший рядом со столом удобный стул: ноги его уже не держали. — Тем более — на испанские! Они такие длинные! Я после третьего слова все забываю напрочь! Увы!

— Мигель Антонио Перес Хименес, — произнесла Лили по памяти, прикрыв глаза. — Точно! Я не знаю, кто это. Говорят, что великий испанский композитор двадцатого века. Но всегда можно погуглить! Или спросить у итальянца. Уж вам-то, Алекс, с вашим итальянским, он точно все расскажет, как на духу!

— Спасибо, непременно. Что скажете о нашей польской гостье? — поинтересовался Алекс.

— Мила, мила!.. — покивал Джеймс, сосредоточенно макая наколотый на вилку кусок баранины в йогуртово-чесночный соус, безбожно капая при этом им на скатерть.

— Кто?! Это она-то «мила»? Джеймс, что ты заладил! — возмутилась Лили. — И постарайся поаккуратнее с соусом, прошу тебя, дорогой! Вот, подложи бумажную салфетку… Не слушайте его, Алекс. Полька? Эта чопорная особа в белом костюме! Та еще ханжа, так вам скажу. Она что-то процедила нам сквозь зубы, какую-то дежурную любезность, — на том все и кончилось.

— То есть, разговора не вышло?

— Какое там! Не прошло и минуты, как она уже стояла к нам спиной и мило щебетала с журналистом, полностью завладев его вниманием, — рассмеялась англичанка. — Думаю, на ближайшие несколько дней у итальянца есть компания, а бедные студенты будут предоставлены сами себе. Думаю, виллу ждет студенческий переполох! Хорошо, что у местного полицейского нет ни шлема, ни собаки, Алекс!

Джеймс немного смущенно хихикнул.

— Не исключено, не исключено, — задумчиво улыбаясь, кивнул Алекс. — Придется нам самим приглядеть за ее подопечными. Предупрежу Софью. Ну что же, благодарю вас, друзья! Приятного вечера вам, скоро будут музыканты, вы останетесь на концертную программу?

— С удовольствием! — подтвердила Лили. — Вам спасибо, Алекс! Вечер, как всегда, просто прекрасен!

Смолев склонил голову в знак благодарности и, взяв свой, наполненный до половины бокал, покинул англичан, перейдя к столику, за которым сидели профессор Крылов и его жена.

— Друзья, вы не против, если я к вам присоединюсь? — негромко спросил он. — Я не помешаю? Я хотел бы с вами кое-что обсудить.

— О чем вы, Александр Владимирович, дорогой, — вскинулся профессор, пытаясь было подняться, но Смолев удержал его. — Ведь это мы у вас в гостях! Не знаю даже, как вас и благодарить!

— Александр, присаживайтесь, мы будем только рады! — расцвела улыбкой Анна. — Спасибо вам за великолепный ужин! Говорят, в программе еще будут музыканты? Жду их с нетерпением! Даже с профессиональным интересом: я пока ни разу не слышала греческую музыку в «живом» исполнении, будет что рассказать по возвращении студентам!

— Скоро, скоро, минут через двадцать, — подтвердил Смолев, усаживаясь рядом с ней. — Кстати, Анна, у меня для вас, как для музыковеда, несколько сюрпризов! Хотите?

— С огромным удовольствием, — закивала та. — Это какие же?

— Ну, во-первых, одновременно с вами на вилле отдыхают несколько человек, имеющих, как и вы, прямое и непосредственное отношение к музыке. Канадская пара: молодой человек — композитор, он же скрипач, и подруга — виолончелистка. Наш итальянский гость, синьор Висконти, — музыкальный критик и журналист.

— Надо же! — улыбнулась Анна. — Никогда в жизни не видела живьем итальянского музыкального критика. Интересно, они все носят такие яркие шарфы?

Профессор Крылов иронически хмыкнул и подлил вина в бокал супруги. Алекс добродушно рассмеялся.

— А со дня на день появится еще один музыкант — молодой и очень талантливый гитарист из Испании Пабло Гарсия-и-Фернандес, — продолжил он. — Так вышло, что я слышал его на концерте в Петербурге и пригласил на Наксос, к нам на виллу. Вас ждут несколько прекрасных музыкальных вечеров!

— Это просто замечательно, — порадовалась жена профессора. — Мы с Васей очень любим гитарную музыку, особенно испанскую. Правда, к сожалению, мне имя, что вы назвали, пока ничего не говорит, но тем интереснее будет познакомиться с его творчеством. Вы очень много делаете, чтобы гостям было у вас комфортно, Александр. Это достойно уважения!

— Безусловно, — поддержал жену Крылов. — И это очень большой труд! Поэтому наш тост: за владельца виллы «Афродита»! За вас, Александр Владимирович, будьте здоровы!

Смолев поблагодарил, и друзья с мелодичным звоном чокнулись бокалами.

— Ну, и еще один сюрприз, о котором и я узнал всего несколько минут назад, — продолжил Алекс, едва пригубив свой бокал и поставив его на стол. — Оказывается на соседнем острове Парос, а это всего несколько километров отсюда, в ближайшее время начнется гитарный фестиваль в честь юбилея композитора Мигеля Хименеса. Это имя вам знакомо?

— Хименес? Конечно! — подтвердила Анна. — Более того, в свое время моя бывшая ученица писала по нему объемную работу, а я была у нее научным руководителем.

— Да, да, — подтвердил Крылов. — И я что-то припоминаю эту фамилию: дома тогда только и разговора было, что о нем.