Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

тела. Реконструкция лица методом Герасимова не удалась. Никто не опознал жертву. На основании строения черепа выяснилось лишь, что он принадлежал женщине, около тридцати лет, которая погибла от удара по голове тупым предметом. Полицейские базы данных, как и базы поиска пропавших людей «Итаки» не помогли. Дело NN пока лежит на полке для «висяков» несмотря на то, что на самом деле удалось выяснить гораздо больше, чем описано в документах.

— Мы подозреваем, что ключом может стать Бондарук.

Майор вовсе не удивился. Романовская была уверена, что Джа-Джа уже представил ему свои размышления. Сегодня у него выходной, так как он был на ногах не меньше полутора суток. Она отпустила его поспать, предупредив, что в случае форс-мажора позвонит. Он обещал не отключать телефон, а вместо этого пришел и ждал под дверью. Скорей всего, он не вздремнул ни минуты. Синяки под глазами, лицо опухло. Видимо, он опасался, что Кристина отстранит его от расследования. А зря. Она именно ему собиралась дать это дело. Под руководством Домана Джа-Джа будет послушен, как младенец.

— Ему столько раз удавалось отмазаться… Не думаю, что сейчас выйдет по-другому, — пробормотал Доман.

— Я не говорю, что он виновен, но все это как-то связано с ним. Надо его прижать. Джа-Джа прямо бьет копытом, чтобы заняться этим. Помнишь? Первую голову подбросили в день помолвки с пропавшей. Вторую принесли за день до свадьбы. Ивона Бейнар исчезла во время празднования. Есть свидетель наглого похищения. Это женщина. Похититель оставил ее в живых. Мы обнаружили ее почти голой, привязанной к дереву. Нападающий скрылся на ее машине, которую потом бросил в лесу. Позже он, видимо, сменил транспорт, потому что собака потеряла след. Думаю, что у него были сообщники. Сам же он словно сквозь землю провалился. Как когда-то Лариса и Мариола. Что интересно, за день до этого Джа-Джа задержал эту даму для выяснения личности. У нее не было при себе никаких документов, кроме удостоверения помощника ЦБР. Представилась Сашей Залусской, профайлером из Гданьска. Понятия не имею, что ей надо в нашем лесу. Якобы у нее было дело к больному из «Тишины», но директор Сачко не подтвердил ее версию. Странно все это.

Доман поднял голову.

— Подставная?

— Шеф криминального из Гданьска подтвердил ее личность и поручился за нее, — заявила комендантша. — Я не знаю его, он должен быть тут через пару дней. Обещал приехать за ней, как только сможет вырваться. Однако не очень-то спешит. У нее сломана рука, за рулем она ехать не может. К тому же ее машина у нас, и отдадим мы ее не скоро. Не похожа на нашу клиентку. Выглядит чистой. Работает инкогнито. Не фигурирует в списках подразделения, на которое работает, так же как и в списке судебных экспертов. В общем, ее фамилии нет нигде. Но она дала Франковскому брошюру о профайлинге, в которой были печати какого-то английского университета, и, действительно, оказалось, что она ученый, работает в Институте следственной психологии у какого-то Абрамса. Печатается в престижных журналах для психологов. Я проверила. Похоже, это какая-то мощная криминологиня, хотя с головой у нее явно не все в порядке.

— Я знаю только одного следственного психолога, и да, мужик прибабахнутый, но дело свое знает, — подытожил Доман, после чего записал в блокнот основные данные. Рядом с фамилией профайлера поставил знак вопроса и дважды подчеркнул.

— Я спрошу у Губерта, — сказал он. — Если она из нашей фирмы, он должен ее знать. В Польше настоящих специалистов в этой области не больше двадцати человек. Если она какая-то мошенница, то мы выясним это на берегу.

— Я была у нее сегодня утром. Вполне здравомыслящая. — Романовская указала на тонкую папку. — Прочти ее показания. Кроме перелома, небольших ушибов и переохлаждения с ней ничего не случилось. Я попросила, чтобы ее подержали под наблюдением чуть дольше, чем это необходимо.

— Пожалела ее? — задумался Доман и криво улыбнулся. — Почему, когда я тут обретался, у нас не было таких дел?

— Я предупредила ее, чтоб не исчезала из виду. — Комендантша не отреагировала на иронию. — Я даже думала, не завербовать ли нам ее, но раз уж она фигурирует в деле как главный свидетель, не стала пока раскрывать ей все карты и позволила вернуться домой. У нее какие-то срочные дела там, в Гданьске. Поэтому я решила, что подожду тебя.

— Хорошо, — поддержал ее Доман. Он взял из папки фото черепа в пластиковом пакете и стал разглядывать его. — Если нам потребуется профайлер, я решу это одним звонком. Самый лучший в стране явится к нам немедленно. У Губерта Майера передо мной должок. Он не откажет. Но сначала надо осмотреться.

Романовская одобрительно взглянула на Домана.

— Хорошо, что ты есть.

— «Хорошо, что ты есть, хорошо, что ты есть» — это я пел семнадцатилетним мальчиком, когда шел паломником в Ченстохову, — засмеялся Доман. — Но если хочешь, то можешь называть меня Джизас. Я не обижусь.

— Это еще не все, — продолжала пани комендант. — Родственники девушки подозревают, что похищение всего лишь инсценировка, а она просто сбежала со своим бывшим парнем. Даже мать пропавшей на стороне Бондарука. Это баба с Химической.

— Все ясно, — пробормотал Доман. — Баблом там и не пахнет. Продала дочь за пару сребреников. А Бондаруку было сто лет в обед еще до того, как я уехал. Кто тот Ромео? Пазл начинает складываться.

— Ежи Ожеховски, мелкий воришка. Псевдоним Квак. Тридцать шесть лет. На счету хранение и распространение, управление мотоциклом в нетрезвом состоянии. Мать — бывшая работница пилорамы, сейчас живет в деревне. Говорят, что занимается белой магией. Ну, знаешь, заговаривает болезни, местная шептунья. Евдокия Ожеховская, может помнишь?

— Ведьмак из меня никакой.

— У сына судимость за кражу со взломом и скупку краденого. Безработный.

— Наверно, он уже после меня начал, — покачал головой Доман. — Партия, действительно, не очень. У дедули банковских билетов как минимум на несколько миллионов больше. А у молодого только руки и личное обаяние.

— Так или иначе, мы не можем найти этого Квака, — продолжала Романовская. — Хорошо спрятался. Мать пропавшей отправила своих сыновей на поиски. Это группировка Зубра с Химической. Этих ты знаешь.

— Да. — Доман уверенно кивнул. — Если Зубры не найдут ее живой, то не знаю, кто тогда это сделает? Мы? — Он усмехнулся. — Разве что на глубине шести метров под землей.

— Кроме них ее ищет полгорода добровольцев, поскольку Бондарук назначил вознаграждение.

— Во сколько старичок оценил избранницу?

— Полтинник.

— Недорого. Видать, задешево купил.

— А сегодня утром, — продолжала Романовская, — в заброшенной хате матери Квака мы нашли вот это.

Она показала фотографии сараюшки.