Читать книгу - "Ромео с большой дороги - Дарья Донцова"

Я заказала еще кофе, выпила его и снова попыталасьсоединиться с Алисой. Шесть, семь, восемь… Минуточку! Номер внезапно показалсязнакомым. Я нажала на кнопку и обозлилась до невероятности. Ну, Рита, погоди!Думаешь, обманула? Сейчас узнаешь, где зимуют пингвины!

– Алло! – опять весело откликнулась Секридова.

– Это Даша.

– Которая?

– Та, что с шубой. Верни шиншиллу!

– Тебя заклинило? Говори с Алисой.

– Врунья!

– Кто? – обиженно воскликнула Секридова.

– Ты. Чей телефон мне дала?

– Алискин. Домашний.

– Ты мне продиктовала свой собственный домашний номер.Думала, я его не знаю? Ошиблась, дорогуша.

– Правильно. Мы вместе живем.

– В одной квартире?

– Ага.

– Алиса не подходит к телефону, – растерянно ответила я.

– Дрыхнет небось.

– Сейчас полтретьего, люди уже пообедали.

– И чего? – удивилась Рита.

Действительно, совершенно обычное дело – храпеть дополдника.

– Алиска утром приперлась, – продолжила Рита, – у неесегодня эфир вечером, вот и давит подушку.

– А ты сейчас где?

– На работе.

– С прыщами?

– Они прошли.

– Хорошо, – протянула я. – Теперь скажи, ты шубу не видела?

– Опять двадцать пять! Сказано – нет.

– Я ведь не обвиняю тебя в краже.

– И на том спасибо.

– Просто подумала, может, на вешалке манто висит.

– Ничего нового там утром не было, – недовольно ответилаРита. – Езжай к Алиске, с нее и спрашивай. Она ваще такая…

– Какая?

– Ну… безголовая. И поддать способна.

– Ясно, давай адрес, – потребовала я.

Огромный серый дом вытянулся вдоль Солянки. Я никак не могланайти место для парковки, пришлось слегка нарушить правила – бросить машину зазнаком «Остановка запрещена». Очень хорошо понимаю желание городских властейнаказать тех, кто плюет на всякие ограничения, но тогда сделайте для людейподземные парковки, и никто не захочет оставлять свои «лошадки» где попало. Нукак поступить автовладельцу, если везде торчат запрещающие круги? Мне сейчасследовало устроить машину у метро, на площади, а потом идти два километрапешком. Интересно, есть ли в столице люди, четко выполняющие все предписаниягаишников?

Побоявшись воспользоваться лифтом, похожим на мыльницу,засунутую в клетку для попугая, я пошла вверх пешком по нескончаемым пролетам.Квартира восемь оказалась на последнем, четвертом этаже. Дыша, словно марафонецв конце дистанции, я нажала на звонок. Похоже, Зайка права, нам всем следуетначать вести правильный образ жизни. Может, и впрямь бросить курить?

Алиса не торопилась в прихожую, я упорно давила накоричневую кнопку, слушая, как за створкой заливается электрический «соловей».Потом, потеряв терпение, стукнула кулаком по ободранной деревяшке. Внезапнодверь приоткрылась. Я вошла в темную, пахнущую дорогими духами прихожую икрикнула:

– Алиса, ку-ку! Не бойтесь, ваш адрес мне дала Рита.

В апартаментах стояла напряженная тишина. Я огляделась.Раньше, в советские времена, журналисты любили употреблять в статьях про разныезападные города фразу: «Нью-Йорк (Париж, Лондон, Вена) – город контрастов, нищетатут мирно уживается с богатством». Так вот, про прихожую, в которой я сейчасстояла, хотелось сказать именно эти слова.

Темный, грязный пол из плохо подогнанного паркета,затрапезный резиновый коврик у двери и пара дорогих кожаных сапог на тонких каблуках.Стены с засаленными обоями, роль вешалки исполняют простые железные крючки, ана одном из них – красивое черное велюровое пальто, за которое заплачено неменьше тридцати тысяч рублей. Колченогий комод, потерявший от дряхлостипервоначальный цвет и половину фурнитуры, на растрескавшийся шпон столешницыкоторого небрежно брошены дорогущие лайковые перчатки, а на банкетке споеденной молью бархатной обивкой маячит модная сумочка. Очень хорошо знаю,сколько стоит аксессуар, недавно боролась около прилавка с собственной жабой,глядя на милый ридикюльчик. Мое земноводное победило, я ушла домой, так и некупив неоправданно дорогую штучку, а вот Алиса порадовала себя.

Отчего я решила, что сумочка из телячьей кожи принадлежитрадиоведущей? Да потому, что на ручке болтался брелок со стальной буквой «А».

– Алиса! – заорала я. – Проснитесь! Ау! Отзовитесь! Вы где?

Я прошла по коридору, толкнула первую попавшуюся по дорогедверь. Открылась захламленная комната: обшарпанная мебель, грязные тряпкивместо занавесок, простецкий телевизор, допотопное трюмо и… шикарное вечернееплатье, свисающее со стула. На протертом ковре валялось три туфли. Две черныезамшевые, и одна ярко-красная, с мыском, украшенным бантиком. Кроватью дляхозяйки норы служил диван, постельное белье смотрелось ужасно – похоже, его нестирали ни разу со дня покупки.

– Алиса, – позвала я, – Алиса, ау!

Спальня явно была пустой. Я пошла дальше, ноги привели вдругую комнату, столь же грязную и неубранную, как первая, и вновь безлюдную.Испытывая некоторое разочарование, я изучила неожиданно чистую кухню. Очевидно,девицы не утруждали себя готовкой, да и вообще редко заглядывали сюда. Затемпроверила ванную и даже туалет и констатировала: дома никого нет.

Я постояла пару минут в задумчивости, потом позвонила Рите.

– Это Даша.

– Ну, что опять?

– Приехала к Алисе.

– Отлично.

– Ее нет.

– Значит, ушла.

– Куда?

– Понятия не имею.

– Она не делилась с вами планами?

– С какого такого счастья?

– Вроде вместе живете.

– Вот уж не повод для отчетов.

– Можно мне поискать шубу?

– Где? – удивилась Рита.