Читать книгу - ""Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 - Леонардо Падура"

Кима было педагогическое образование, и он знал, что правильно, а что нет. Он не боялся Риту, спорил с ней, объяснял, что нельзя играть нашими жизнями. Думаю, он угрожал пойти в полицию. Но тут удобно получилось – Ким утонул, прежде чем успел далеко зайти, поэтому всего мы никогда не узнаем.

– А ты не веришь, что это был несчастный случай?

Мария смотрела в окошко фургона и долго ничего не говорила. Затем помотала головой.

– Но я до сих пор не знаю. Спроси Танью, нашу медсестру. У меня есть ощущение, что ей что-то известно…

В дверь постучали, и к ним заглянул молодой человек с футляром. Он улыбнулся Анетте.

– Я плыву обратно. Ты со мной?

Мария встала, и Анетта восприняла это как сигнал, что аудиенция окончена.

– Да, спасибо, очень мило с твоей стороны. Дай нам две минуты попрощаться.

Он закрыл дверь, и Анетта поймала взгляд Марии.

– По-моему, ты прекрасно знаешь, что тебе грозит опасность, поэтому и прячешься в подобных местах. От кого бы ты ни бежала, тебя все равно найдут. Защитить тебя сможет только полиция. Я прекрасно понимаю, что огромного доверия к системе у тебя нет, но, может, полицейских ты все-таки допустишь?

Мария прошла мимо Анетты, не ответив. Посмотрев на небо, она сделала глубокий вдох.

– Опять дождь будет, а? Ураган, и гром, и очень сильный дождь…

Она кивнула самой себе. Потом вернулась в фургон и закрыла дверь.

* * *

Йеппе открыл окно кухни, зажег сигарету и курил, глядя на накрытый стол с остатками ужина. Он купил матери лазанью, и она очень обрадовалась – Йеппе даже отругал себя за то, что не делал этого чаще, раз он теперь у нее живет.

Она почти ничего не съела. Большим любителем поесть его мать никогда не была, но сейчас это бросалось в глаза. Она еще сильнее похудела. Раньше в длинных руках и ногах чувствовались сила, выносливость и упрямство. Теперь она стала слабой, тонкой и хрупкой, как стекло.

Йеппе потушил сигарету, швырнул ее под дождь, притворно извинившись перед вселенной и смотрителем дома, и стал убирать со стола. Все как с ума посходили. В частности, убийца, который, если верить Мосбеку, затаил обиду на систему здравоохранения. Комиссар усилила патрулирование. Полиция дежурила у городских фонтанов, вдоль каналов и вокруг озер. Центр временно объявили особо охраняемой территорией, и по всему городу патрули останавливали грузовые велосипеды, фургоны и другие подозрительные транспортные средства.

Отправив остатки лазаньи в холодильник и перемыв руками посуду, Йеппе уселся на стол и закурил еще одну сигарету. Последнюю! Сара как раз укладывает детей, но скоро он поедет к ней, надеясь, что она не учует запах дыма. Ему нужно побыть рядом с ней, успокоиться и поспать, не просыпаясь все время, но он знал, что прямо сейчас это невозможно. Придется ему довольствоваться сексом. При этой мысли он заулыбался и затянулся сигаретой, наполнив легкие дымом.

– Что за дела, Кернер, ты опять курить начал?

Йеппе чуть не выпал из окна. На кухне рядом с его матерью, скрестив руки на груди, стояла Анетта Вернер. Он машинально выкинул сигарету, не затушив ее, и понадеялся, что она не попала никому в голову. Невозможно повзрослеть настолько, чтобы не скрывать от матери, что куришь.

– Ты что тут делаешь? Неожиданный визит.

– Я была рядом. Меня твоя мама впустила. Ты звонка не слышал?

Анетта заговорщицки подмигнула его матери.

– Твоя чудесная коллега как раз проходила мимо, – отозвалась мама.

Йеппе спрыгнул со стола.

– А нельзя нам поговорить наедине?

– Конечно, птенчик. Пойду новости посмотрю.

Мать закрыла за собой дверь, и Йеппе послал Анетте предостерегающий взгляд – пусть даже не начинает шутить над его ласковым прозвищем.

– Как тебя занесло в Нёрребро?

Она посмотрела на часы.

– Я на минутку, не волнуйся, мне пора домой – ребенка кормить. Но я нашла Марию. Хотела сразу тебе рассказать.

– Марию Бирк?

Ключевого свидетеля, которого они разыскивали всеми силами, Анетта взяла и нашла. Йеппе чувствовал, что его охватывает кипящая в крови злость.

– А ты не можешь хоть пять минут побыть в декрете?

Анетта удивленно приподняла брови.

– Боже мой. Я и не думала, что ты так рассердишься. Я бы тогда позвонила. – Она подошла к нему и протянула руку. – Дай закурить.

– Разве можно курить, когда кормишь грудью?

– Курить нельзя во время беременности. Я и не курила. Ни единой сигареты с тех пор, как забеременела.

Йеппе вздохнул.

– Йеппесен, ну прекращай. Просто ко мне пришла мысль – и я решила проверить, даже не знала… да, я ее нашла. Прекрасно знаю, что сначала надо было с тобой поговорить, ну так я здесь.

Йеппе протянул сигарету и зажигалку – и не поджег ей брови. Если учесть все обстоятельства, с его точки зрения, все даже удачно сложилось.

Она сделала глубокую затяжку и задержала дым, а потом выдохнула.

– Эх, до чего же приятно!

Йеппе улыбнулся против воли и подвинул ей стул.

– Анетта Вернер, ты хуже, чем заноза! Выкладывай, что знаешь! Как ты ее нашла?

– Начнем с того, что Беттину Хольте я вспомнила – видела ее в родильном отделении в Херлеве; поэтому меня разобрало любопытство, и я поехала в «Бабочку», ты ведь о ней упоминал. На двери комнаты до сих пор осталось имя Марии. У Вестерпорта я встретила… нет, сложно объяснять. Но Марию Бирк я нашла во Фреденс-Хавне.

Йепе кивнул.

– Знаю это место. Мини-город на воде, там придурки живут.

– Придурками они не кажутся. Мария живет в доме на колесах у человека, который называет себя Графом. Но она отказывается разговаривать с полицией. Поверь. Если вы туда нагрянете, то просто спугнете ее. Если она уже не удрала.

Йеппе заглянул в холодильник. Ему хотелось выпить пива.

– Как ты ее разговорила?

– У меня была папка – от ее друга, с которым я познакомилась под землей у Вестерпорта.

– Папка? Под землей?

– Не суть. Она обрадовалась папке и в благодарность накормила меня авокадо. Скажи, ты пива дашь или просто развлекаешься, холод из холодильника выпускаешь?

Йеппе был вполне уверен, что алкоголь кормящим матерям нельзя, и закрыл холодильник.

– Извини, есть только молоко.

Анетта жадно затянулась сигаретой, встала и намочила окурок под краном.

– Она говорит, в интернате подростков держали в узде грубыми методами. Увеличивали дозу лекарств, связывали и оставляли без присмотра. Противозаконными методами. По ее словам, ответственность за это лежит на Рите и психиатре по имени Петер Демант. Мне окурок в ведро бросить или как?

Йеппе кивнул.

– Я такое уже