Читать книгу - ""Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 - Леонардо Падура"

– Несчастный случай. Он утонул.

У Йеппе защекотало затылок – будто по нему долгоножка пробежала.

– Пернилле, наверно, тяжело пришлось?

– Тяжело? Таким подросткам тяжело, если на обед подают не то, на что они рассчитывали. А смерть – это катастрофа.

– А может, смерть Кима подтолкнула Перниллу к самоубийству?

– Прекратите! – Бо Рамсгорд резко ударил кулаком по столу. – Проблема не в том, что Ким умер. По крайней мере не только в этом, хотя, конечно, его смерть стала тяжелым ударом.

– Тогда в чем?

Йеппе видел, что отец Перниллы вот-вот взбесится.

– То, что тогда мы не смогли ничего доказать, не значит, что Рита и весь остальной персонал не несут в какой-то степени ответственность за смерть Перниллы. Они плохо выполняли свою работу. А может, делали и кое-что похуже. Просто мы слишком поздно об этом узнали…

Он умолк и спрятал лицо в ладонях. Так и говорил.

– Во время вскрытия судмедэксперты обнаружили свежие порезы на запястьях Перниллы. Она и раньше себя резала, но потом прекратила. Она была с нами дома за неделю до самоубийства – тогда на руках не было никаких отметин. Наверно, она снова стала себя резать, когда после каникул вернулась в «Бабочку».

– И что это значит?

Отец удрученно покачал головой, будто объяснение отнимало у него все силы, а он считал, что они будут потрачены напрасно.

– Это ведь доказывает, что ей стало намного хуже после возвращения в интернат. Персонал не сообщил нам, что она снова себя режет. Либо не заметили, либо не сочли нужным рассказывать – в любом случае это ужасно. Моя дочь продержалась всего неделю. А потом свела счеты с жизнью.

В маленьком помещении было тепло и душно. Запах перегара и уныние отца – становилось трудно дышать. Йеппе и Фальк переглянулись.

– Если жена с вами свяжется, попросите ее немедленно позвонить нам. Возвращайтесь к работе. Спасибо, что уделили нам время.

Отец выставил указательный палец.

– Спросите Петера Деманта, что там творилось! Он так и не захотел поговорить с нами о смерти Перниллы. Почему он отказал? Попросите медкарту моей дочери, я разрешаю.

– Ладно…

Йеппе помолчал, сомневаясь в том, как следует трактовать его слова. Совет – или несчастный родитель хочет отомстить?

* * *

– Не будет пары крон на еду?

Задававший вопрос мужчина, что удивительно, хорошо одет, ему максимум тридцать лет, но, судя по потемневшим зубам и запаху разложения, он явно не из тех, кому повезло в жизни.

– В Дании, как тебе известно, попрошайничество запрещено. Да и что ты купишь на две кроны? Теперь за эти деньги даже горчица к хот-догу не продается.

Анетта Вернер отмахнулась от мужчины и попыталась составить представление о бурной жизни Центрального вокзала. Она уже долго не бывала в местах, где так много людей, отвыкла от шума и постоянного невольного физического контакта.

– Эй, подожди! Вернись! У меня вопрос.

Обернувшись, мужчина нахмурился.

– Ты из полиции? Я и не сообразил.

– Марию Бирк знаешь? Девушка, сюда иногда приходит.

Он двинулся прочь.

– Эй, подожди, возьми!

Она нашла в кармане смятую купюру в двести крон и протянула ему. Мужчина так быстро выхватил ее, что Анетта и не заметила, как она исчезла.

– Я ее не знаю. Но если она и правда здесь бывает, загляни в арки.

– Какие марки?

– Арки! Вдоль путей у станции Вестерпорт, перед кинотеатром «Паладс». Загляни в арки! Там все что угодно найдешь. Иди вдоль первого пути в сторону станции Вестерпорт.

Мужчина развернулся и привычно шагнул в толпу путешественников. Через десять секунд он скрылся.

Анетта пошла к железнодорожным путям. В киоске она купила себе французский хот-дог с острым кетчупом и пошла на перрон. Приятное ощущение – как в старые добрые времена. Сегодня она должна была идти с ребенком в бассейн, но Свенн отпустил, чтобы она могла поспать днем. Вместо этого она пришла сюда – и на секунду вновь почувствовала себя собой. Что как минимум так же приятно, как и поспать.

На перроне она осмотрелась – проверяла, нет ли охраны – и торопливо двинулась под здание вокзала. Ей пришлось пересечь пути и проигнорировать недвусмысленный знак «Доступ запрещен». Платформа сузилась до узкой тропинки, идущей вдоль путей, вокруг нее сомкнулась темнота. Время от времени в стене попадалась запертая дверь, размалеванная неинтересным граффити и освещенная мощной лампой. Когда она дошла до открытого участка возле вокзальной площади, над головой появилось небо, но снова скрылось, когда Анетта пошла под Монументом свободы и отелем.

Она специально шла быстро – насколько это позволял узкий проход. Никто ее не увидел и не окликнул, несмотря на то что присутствие нарушало все мыслимые правила.

У станции Вестерпорт пути тоже шли под открытым небом. Анетта шла вдоль них до самой Хаммериксгаде и оказалась возле упомянутых арок в фундаменте, напоминающих итальянские виадуки.

Арок было много, около двадцати. Под каждой висел экран – для рекламы, которую недавно убрали. Анетта заглянула в первую арку и увидела помещение около метра глубиной – абсолютно пустое. Ни следа чьего-то присутствия. Она пошла дальше и заглянула в следующую – с тем же результатом. К платформе подошла электричка. Анетта пнула экран, надеясь, что похожа на человека, у которого есть основания здесь находиться. Электричка пошла дальше, а она заглянула в следующую арку, затем в следующую. Там не было ничего, кроме сухих листьев и пустых железных банок.

Ей повезло лишь с последней аркой, перед мостом у Кампманнсгаде. В стене открылось два отверстия в форме полумесяца с решетками, оба примерно в полметра шириной, но разные по высоте: первое – полтора метра, второе – всего полметра.

Анетта взялась за решетку бо́льшего отверстия, но она не сдвинулась с места, а вот маленькая, напротив, поддалась. Она достала телефон и посветила. В фундамент на три-четыре метра уходил желоб – затем он резко оканчивался.

Анетта выругалась про себя. Ей ничего не оставалось, кроме как заползти внутрь и проверить, есть ли что-то дальше.

Она легла на живот и двинулась вперед, держа телефон в руке. От пыли у нее зачесался нос, а грудь оказалась не готова к тому, что ее вдавят в твердый бетон. В конце желоба оказалось небольшое помещение, где она смогла выпрямиться в полный рост. Здесь она обнаружила признаки присутствия людей: пакеты с одеждой, матрас, в углу – мусор, оставшийся после еды. Анетта посветила телефоном и обнаружила, что вдоль железнодорожного полотна идет проход. Что это, блин, за лабиринт?

Она запомнила, откуда пришла, и, скрючившись, шагнула