Читать книгу - "Хроника смертельной весны - Юлия Терехова"

— Думаю, да. Приходите.

…Когда он явился к ней в кабинет, она протянула ему белый медицинский халат:

— Наденьте это.

— Зачем? — удивился он.

— Наденьте, или разговора не будет, — но видя, как он пытается напялить халат поверх теплого свитера, Эвелина рассмеялась:

— Видимо, я неправильно выразилась. Раздевайтесь, вон там, за ширмой. И надевайте халат.

— Но зачем?!

— Чтобы не допустить записи нашего с вами разговора. Вы оставите здесь все вещи, и мы пройдем в комнату для медитаций.

— Это невозможно, — отрезал Виктор.

— Как хотите, — она чуть повела плечом. — Выбирайте.

— Я не могу оставить без присмотра удостоверение и табельное оружие.

— Вы пришли ко мне с оружием? — фыркнула она. — Вот уж не ожидала. Я так опасна?

— Я оперативник, — терпеливо объяснил майор. — И я вооружен.

— Хорошо, — согласилась она. — Удостоверение и — что там у вас — пистолет? — можете взять с собой.

В более идиотском положении Виктор чувствовал себя только прикованным стальными браслетами к кровати в номере парижского отеля — вернее, в тот момент, когда недовольная портье, разбуженная Рыковым, неловко пыталась попасть ключом в личинку их замка. Его длинные волосатые ноги несуразно торчали из-под халата, который, естественно, оказался ему короток. Но Эвелина осталась довольна и протянула ему одноразовые тапочки: — Прошу надеть и следовать за мной…

Виктор устроился в глубоком кожаном кресле, в одном из тех, в которых доктор Арнтгольц принимала крайне нервных пациентов. Он постарался устроиться так, чтобы полы халата не расходились, но все же чувствовал себя не в своей тарелке, а точнее — беззащитным и уязвимым, несмотря на пистолет, нелепо просматривавшийся сквозь достаточно тонкую ткань.

Доктор Арнтгольц в отличие от майора была спокойна и невозмутима — словно напротив нее сидел один из ее больных, а не полуголый мент.

— Скажите, Виктор, вы знаете, чем занимался Саша? — спросила она.

— В общих чертах, но не знаю деталей.

— Что вы знаете?

— Я пришел получить информацию, а не делиться ею, — буркнул Виктор.

— И все же? Поверьте, если вы будете откровенны со мной, мне будет гораздо легче донести до вас некоторые очень непростые для понимания факты.

Ее голос звучал так умиротворяюще, что Виктор, который понимал, что это просто проявление профессионализма, почти против воли произнес:

— Я знаю, что Саша Гаврилов, разочаровавшись в правосудии, взял на себя миссию мстителя. Он каким-то образом отомстил банде насильников за невесту, заставив их заниматься противоестественным сексом публично, а потом стал собирать сведения об уголовных делах, в которых было проявлено следственное или судебное равнодушие… или халатность, или еще что-то в этом роде. И по собственному разумению наказывал виновных. Похоже, его жена ему в этом помогала. Но есть две вещи, которые я не могу понять.

Эвелина грустно улыбнулась: — Всего лишь две?

Виктор ее словно не слышал: — Первое. Каким образом, и на какие средства Гаврилов осуществлял свое, с позволения сказать, правосудие.

— Не правосудие, — мягко поправила его Эвелина. — Возмездие.

— А есть разница?

— Гигантская, поверьте мне. А второе?

— А второе — какое отношение имеет к нему некая французская организация, а именно — Фонд помощи жертвам насилия.

— Вот это очень правильный вопрос.

— Я так понимаю, они оказывали ему помощь в осуществлении… как вы выразились? Возмездия?

— Не совсем так.

— То есть?

— Не они. Фонд не занимается наказанием насильников. Он оказывает помощь женщинам и их детям, над которыми издеваются садисты — мужья, сожители, любовники. Но сам Фонд является легальным прикрытием другой организации.

Виктор недоверчиво нахмурился — похоже, ему начинают морочить голову, а он этого не любил.

— Вы когда-нибудь слышали про Палладу?

— Какая-то богиня? — пожал плечами Виктор. — Простите, не силен в мифологии.

— Тогда я вам напомню. Древние греки очень почитали Афину, богиню мудрости.

— Слышал про такую, — кивнул майор.

— Прекрасно! И, судя по всему, вы знаете, что ее второе имя — Паллада, но вряд ли в курсе, откуда оно взялось. Позвольте, я вам расскажу. В древние времена, когда люди еще были подобны диким животным, шла война между богами-олимпийцами и чудовищными гигантами, злобными порождениями ужасного Тартара.

— Тартар — это сырой фарш? — язвительно ввернул майор.

— Тартар — глубочайшая бездна, под царством мертвых, где были заточены титаны и циклопы. Так вот, это безусловное зло породило инфернальных существ — гигантов, с которыми боги вели жестокую войну за господство на Земле. Во время этой войны один из гигантов — крылатый, похожий на козла, Паллант хотел изнасиловать богиню Афину. Тогда, в ходе гигантомахии…

— В ходе чего?..

— В ходе битвы богов и гигантов, Афина его убила, освежевала, и пустила его кожу себе на эгиду.

— Эгиду?

— Щит, — пояснила Эвелина.

— Сильно, — пробормотал Виктор.

— Мало кто помнит Палланта, но очень многие знают имя Паллада — так Афина назвалась в честь победы над ним.

— Я все жду, когда вы перейдете к сути, доктор, — нетерпеливо скривился Виктор.

— Так я уже перешла, — не смутилась Эвелина. — Именно Паллада — организация возмездия.

— Что, простите?

Эвелина вздохнула. Непохоже, что сероглазый майор воспринимает ее слова всерьез.

— Эта организация существует со времен крестовых походов. По легенде, ее основала вельможная дама Катрин де Бофор.

— Как вы сказали? — Виктор словно проснулся. — Де Бофор? Но это же…

— Имя председателя Фонда. Теперь вы поняли?

— Ни черта не понял. Может, перейдем от сказок к суровой правде жизни?

— Перейдем, имейте терпение, господин майор.

— Виктор.

— Виктор… Вы не замерзли?

— Очень мило, что вы спросили, но нет, не замерз. Объяснитесь, наконец.

— Именно Паллада преследует преступников, которым по той или иной причине удалось избежать легального наказания. Она применяет принцип талиона^[367]. Знаете, что это?

— Обижаете, доктор. Я же юрист, в конце концов.

— Простите. Почему вы улыбаетесь? Вы мне не верите?