Читать книгу - "Не родись красивой, или Точка опоры - Карина Тихонова"

Я только развела руками.

─ Постараюсь!

─ Особенно не старайтесь, ─ предупредил меня Саша, до этого молча разглядывавший мое лицо. – Можете навредить излишними усилиями.

─ Что же мне делать? – спросила я доверчиво.

Саша пожал плечами.

─ Да ничего особенного! Вы в гостях. Гуляйте, читайте книги, смотрите телевизор… И Элла будет рада, она тут совсем одна. В общем, живите в свое удовольствие.

─ Трудно жить в свое удовольствие за чужой счет, ─ тихо сказала я, потупившись.

Колобок виновато развел руками.

─ Ну, уж простите! Что же с вами делать? На улицу выставить?

Я вспомнила свое долгое бесцельное блуждание по мокрому снегу и передернулась.

─ Только не на улицу!

─ Вот видите.

Минуту мы молчали, потом Колобок улыбнулся и сказал:

─ Могу вас успокоить. Лишняя тарелка супа меня не разорит.

Я окинула взглядом роскошный интерьер и одобрительно заметила:

─ Это я уже поняла.

─ Ну, вот. Тем более что барышня вы худенькая, сильно не объедите.

─ Я постараюсь, ─ заверила я неловко.

─ Ловлю на слове, ─ весело подхватил Колобок. Поднялся с места и сказал:

─ Простите, мне пора ехать.

Вслед за ним встал Саша.

─ Поправляйтесь, ─ вежливо пожелал он мне.

─ Постараюсь, ─ так же вежливо пообещала я.

─ На днях зайду с фотоаппаратом, ─ повторил он мне план действий.

─ Буду очень рада, ─ ответила я церемонно, и мы раскланялись.

Мужчины меня покинули, а я направилась на разведку.

Дом, в который меня привела судьба, внутри оказался еще просторней, чем выглядел снаружи. Странный, но, в общем, приятный оптический обман. Для хозяев, разумеется…

Дом представлял собой трехэтажный коттедж с той самой ассиметричной мансардой, которая мне нравится. Еще к нему прилагалась большая пристройка, в которой располагался примерно двадцатиметровый бассейн. Как говорилось в одном хорошем фильме, «скромненько, но со вкусом».

Интерьеры выглядели миленько, как на картинке современного журнала «Ваш дом». Чувствовалось, что здесь поработала рука хорошего дизайнера.

Я побродила по этажам, соскучилась в четырех стенах и спустилась вниз. Отыскала гардеробную комнату, примыкавшую к просторной прихожей, открыла дверцу шкафа.

Моя шуба висела в самом конце длинной выставки меховой продукции. Боже мой, чего здесь только не было!

И роскошная чернобурка, состоящая сплошь из серебряной седины, и шоколадная норка, и бобровый полушубок! Была даже накидка из шиншиллы. Не знаю, откуда всплыло это слово в моей ущербной памяти, но оно всплыло.

Я вытащила свою рыжую норку и внимательно осмотрела полы снаружи и изнутри.

Так я и думала. Вычищено на совесть.

Не успела я надеть шубу, как позади меня раздалось негромкое покашливание. Я быстро обернулась и увидела высокую представительную женщину средних лет в строгом деловом костюме.

─ Добрый день, ─ сказала женщина вежливо.

─ Здравствуйте, ─ откликнулась я.

─ Меня зовут Марья Гавриловна, ─ представилась собеседница. – Я здесь работаю. Руковожу прислугой, выполняю обязанности секретаря. В общем, если вам что-то понадобится, обращайтесь ко мне.

─ Спасибо, ─ поблагодарила я и набросила шубу на плечи. – Свое имя я не помню, но мы договорились, что пока меня будут называть Аней. Так и обращайтесь.

Женщина неловко переступила с ноги на ногу.

─ Просто Аня? – спросила она неуверенно.

─ Просто Аня, ─ подтвердила я.

─ Это не совсем удобно, ─ пробормотала женщина.

Я развела руками.

─ Что же делать? Отчества я тоже не помню! Так что, придется обойтись именем.

Женщина вздохнула.

─ Придется, ─ согласилась она. И тут же приступила к выполнению профессиональных обязанностей:

─ Завтракаем мы рано. Элла Сергеевна отвозит Генриэтту в школу, поэтому за столом все садятся в половине восьмого. Я думаю, вам нет необходимости подниматься в такую рань…

─ Я тоже так думаю, ─ согласилась я.

─ В таком случае скажите, во сколько вы будете завтракать?

Я прикинула.

─ Скажем, в половине девятого.

Женщина почтительно наклонила голову.

─ Вам удобней завтракать в своей комнате или в столовой?

─ В своей комнате.

Возражений не последовало и в этот раз.

─ Обедаем мы в три часа, ─ продолжала домоправительница. Насколько я понимаю, так звучит ее официальный титул. – Ужинаем поздно, часов в девять. Впрочем, если у вас есть свои пожелания, мы их выполним.

─ Никаких пожеланий, ─ отказалась я. – Я думаю, мне дадут на кухне бутерброд, если я проголодаюсь раньше времени.

Марья Гавриловна вежливо улыбнулась.

─ Разумеется, ─ заверила она меня. – Все что вы захотите и в любое время.

Я глубоко вздохнула. Не дом, а санаторий повышенной комфортности. Век бы отсюда не уходила. А придется ведь…

─ Я вам еще нужна? – спросила меня домоправительница.

Я хотела спросить, сколько человек работает в доме, но передумала и не спросила. Мое любопытство выглядело бы подозрительным, а если учесть, что и сама я особа в высшей степени подозрительная…

Я улыбнулась и сказала:

─ Спасибо, я все поняла.

Марья Гавриловна еще раз вежливо наклонила голову и бесшумно растворилась в необъятных просторах дома.

Интересно, как ей удается передвигаться бесшумно на таких высоких каблуках?

Я нашла свои сапоги, вычищенные столь же добросовестно, как остальные мои вещи, влезла в них и отправилась на прогулку.

Сегодня двадцать первое февраля. И ровно пять дней назад я появилась возле этих железных ворот. Села на рыхлый снег и приготовилась к смерти.

Дрожь пробрала меня при этом воспоминании.

Двор перед домом был довольно пустынным. Возле забора торчали заснеженные кусты сирени, стояла одинокая скамейка, а больше в наличии ничего не имелось. Очевидно, над внешним видом двора дизайнер не работал, а у самой Эллы фантазии на большее не хватило.