Читать книгу - "Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми"

– Как долго это происходило? – спросил Элкинс.

– Я потеряла счет времени. Когда все закончилось, он заставил меня позировать для фото с ним. Селфи. Он обнял меня и сказал: «Улыбнись». Он показал мне фотографию. Я была голая по пояс. Он обнимал меня так, чтобы прикрыть мою грудь. Он отправил фото кому-то и выложил в «Инстаграм».

– Что вы сделали?

– Мне было очень стыдно, – сказала она. – Я умоляла его удалить фото. Он сказал что-то вроде: «Ты права. Это было глупо». Он удалил фото, но пара его друзей уже прислали ему в ответ смс с эмодзи, похожими на язык, высунутый изо рта. Один из них спросил, хороша ли я. Он показал мне этот текст. Он ответил: «На три с минусом». Он показал мне и это.

– Вы обиделись, что он оценил вас так? – спросил Элкинс.

– Он меня изнасиловал. Мне было плевать на дурацкую оценку. Я боялась, что он сделает это снова.

Келли описала, как уснула на песке. Она подозревала, что Скотт что-то подсыпал ей в пиво, потому что ее сильно клонило в сон. Она сказала, что ненадолго проснулась и обнаружила, что укрыта затхлой старой рубашкой, как одеялом. Она не знала, откуда взялась эта рубашка, потому что, по ее словам, у Скотта такой не было. Она была благодарна за рубашку. На пляже было холодно. Ее тепло помогло Келли снова уснуть.

– Мне казалось, будто кто-то наблюдал за мной, пока я спала. Наверное, мне приснилось, потому что Скотта рядом не было. Я проснулась от звука открывающейся и захлопывающейся двери его машины. Я подняла глаза и увидела подходившего Скотта со спортивной сумкой в руках. Он открыл ее и вывалил кусок мыла, шампунь и полотенце. Он приказал мне помыться в летнем душе на пляже. А затем велел мне одеться.

– Что он сделал, когда вы оделись?

– Он угрожал мне. Сказал, что в следующий раз приведет друзей. Еще он сказал, что сделает так, чтобы все знали, что я шлюха, если я скажу кому-нибудь хоть слово. Что единственный способ сохранить репутацию хорошей девочки – это заткнуться.

К тому времени, как судья Шоу объявил перерыв на поздний обед, прошло уже четыре часа. У Рэйчел не было аппетита. Она сомневалась, что у других он был. Она увидела, как социальный работник вела Келли Мур по коридору в отдельную комнату. У Келли будет перерыв на обед, чтобы собраться с мыслями перед перекрестным допросом.

40. Виновен или нет. Сезон 3, серия 9: Показания

Как только в суде объявили перерыв до следующего дня, я выбежала из зала в женский туалет, где… ну, я избавлю вас от подробностей. Скажу лишь, что я никогда не чувствовала себя так плохо, как в тот день, когда наблюдала, как шестнадцатилетнюю девушку пытали на трибуне. Все во имя правосудия.

Дела об изнасиловании могут быть более травматичными, чем дела об убийстве, потому что жертва издевательств должна описать, что с ней произошло. Более того. Она живет в этом кошмаре каждый… день… своей… жизни.

Сегодня К. дала показания. Ее спрашивали о каждой мельчайшей детали произошедшего. И я имею в виду каждую отдельную деталь. Эякулировал ли он. Сексуальные позы. Все. Можете ли вы представить себе, что в шестнадцать лет – черт возьми, в любом возрасте – приходится вдаваться в такие подробности в помещении, полном незнакомых людей? Это было ужасно.

Ее родители сжимали руки друг друга, слушая, как их дочь вспоминает худшую ночь в ее жизни. Ее мать опустошила пачку салфеток. Ее отец, он бывший морской офицер. До сих пор он держался довольно стоически. Но когда слушал, как его дочь рассказывает о том, что случилось с ней на том одиноком пляже в октябре прошлого года, по лицу текли слезы.

В зале суда не было слышно ни звука, кроме шелеста бумаги, когда Митч Элкинс листал толстый блокнот, страницы которого были исписаны вопросами.

К. ни разу не запуталась в показаниях. Снова, и снова, и снова она говорила, что просила Скотта Блэра остановиться. Она отталкивала его руки. Она говорила ему, что хочет домой. Она говорила, что не хочет заниматься с ним сексом. Он не послушал. Он изнасиловал ее. А когда закончил, изнасиловал ее еще раз. И еще.

От показаний К. меня замутило. Уверена, что присяжным тоже поплохело. С самого первого дня присяжные и судья постоянно шутили о том, что им дадут на обед. Сегодня было очевидно, что присяжных не интересовала еда, когда объявили перерыв. У кого вообще может быть аппетит после этих ужасных показаний?

Во время допроса К. обвиняемый смотрел в пространство. Дейл Куинн и его команда адвокатов яростно строчили в своих блокнотах и обменивались записками по ходу рассказа К. Они уже готовились к перекрестному допросу еще до того, как К. покинула трибуну.

Судья Шоу, который на протяжении всего процесса был вспыльчивым и острым на язык, казался необычайно задумчивым. Он, вероятно, возглавлял предостаточно судебных процессов по изнасилованиям, но к концу заседания выглядел истощенным.

Ответ К. каждый раз был однозначным «нет». К. настаивала на том, что никто не мог бы ошибочно принять ее реакцию – плач, попытки вырваться, мольбы пойти домой, то, как она пыталась вывернуться из его хватки, сжимая ноги и прикрывая гениталии, – за выражение того, что она была добровольной участницей.

Так что, да, меня мутило после того, как я услышала ее показания. Но еще сильнее меня затошнило, когда после обеденного перерыва К. поднялась на трибуну для перекрестного допроса.

Дейл Куинн очарователен. Он производит впечатление обычного парня. Он любит говорить о своей жене и близнецах. Мы знаем их имена. Мы знаем, что они с женой надевают на запястья дочерей браслеты, чтобы различать их. Он ведет себя рассеянно. Роняет вещи. Проливает воду. А затем делает вид, что забыл ход своих мыслей, прежде чем нанести удар по уязвимому месту с вопросом, которого никто не ожидает.

Он притворяется туповатым. Он кажется добрым, внимательным и очень дружелюбным. Его трудно не любить. Если бы провели опрос, готова поспорить, что рейтинг конгениальности Дейла Куинна был бы выше крыши.

Но когда дело дошло до уничтожения показаний К. посредством перекрестного допроса, Куинн был жесток. Не в агрессивной манере. Он говорил мягким голосом; он продолжал свои «а, черт возьми» приемчики. Но он задавал К. вопрос за вопросом. Казалось, что он очень медленно и осторожно