Читать книгу - "Капкан для бабочки - Карина Тихонова"

– Вчера вечером я нашла в своем доме труп. Была милиция. Мне пришлось ночевать на даче.

– Погоди, я, кажется, не понял. Что значит «нашла труп»?

– Ты все правильно понял. Я приехала из аэропорта, а он лежит на полу… Голова разбита, лужа крови…

– Кто лежит на полу?!

– Говорю же, труп!

– Черт! – На том конце провода раздался приглушенный шум, как будто Стас выпал из собственной кровати. – Чей труп?

– Понятия не имею. Какой-то мужик, я его не знаю.

В трубке наступила тишина, и Кики вполне понимала своего молодого человека. В субботу, в девять утра услышать такую новость – врагу не пожелаешь.

– Алло, ты там умер? – спросила она через минуту.

– Нет пока. Пытаюсь переварить информацию. Скажи, как мог оказаться в твоем доме незнакомый труп?

– Его там убили! – раздраженно крикнула она. – Стас, не задавай дурацких вопросов, я и сама ничего не понимаю.

– О'кей. Вопросов больше не имею. Ты хочешь, чтобы я приехал?

– Очень хочу. У меня сейчас начнется истерика и приступ мании преследования. Хотелось бы, чтобы ты поприсутствовал.

– Ладно. – Тяжелый вздох. – Я скоро буду. Что-нибудь привезти?

– Только себя. И телефон своего адвоката.

– Тебя что, подозревают в убийстве?!

– А черт его знает, вполне возможно, что и подозревают.

– О Боже! Я скоро буду. Попытайся ничего не натворить до моего приезда.

– Ничего не обещаю.

Она отключилась и медленно побрела к дому, увязая в свежевыпавшем снегу.

Стас определенно соврал, и Кики была в этом уверена… Почти… Она умела догадываться о малейших нюансах настроения только по одному его тону, даже если он тщательно скрывал что-то.

За три года можно узнать человека так близко, что знаешь о нем почти все.

И даже больше – ты знаешь о нем даже то, что он сам о себе не знает.

Или в совершенстве осваиваешь искусство чтения чужих мыслей.

Хотя она могла ошибаться – просто потому, что очень устала, переутомилась, а главное, до сих пор так и не пришла в себя от вчерашнего потрясения.

Дом по-прежнему встречал ее неласково. Она вошла в квартиру и поморщилась от обилия посторонних запахов и следов чужих людей. Кики не любила, когда в доме толкутся люди, она была слишком независимой и любила одиночество. Именно поэтому дом казался ей надежным укрытием, там всегда можно было переждать трудные времена. К ней заходили только самые близкие люди: Стас, Лиза, Вадим, Жанна.

Теперь же ее маленькая квартира казалась неуютным проходным двором. Здесь появлялись чужие люди, убивали один другого, здесь толклись менты, курили, стряхивая пепел куда попало, и топтали пол грубыми ботинками.

В общем, в зале ожидания аэропорта сейчас было куда уютнее, чем в Кикином доме.

Первым делом она сунула в рот сигарету – дым перебивал этот странный вокзальный запах, возникший в доме после присутствия чужих людей. Натянула старые джинсы, включила погромче музыку, натянула резиновые перчатки по локоть и приступила к уборке.

Возилась она долго – больше часа, пока ни следа не осталось от порошка для снятия отпечатков, от подсохших брызг крови, от грязных следов на полу. Кики ненавидела уборку, но сейчас какой-то голос внутри заставлял ее тереть пол до изнеможения – пока не исчезнет даже воспоминание о разыгравшейся здесь кровавой драме.

Стас появился еще через полчаса, коротко и отрывисто позвонил в дверь. Кики метнулась к двери, открыла и кинулась ему в объятия.

– Привет, я так рада тебя видеть!

Стас прижал ее к себе, чмокнул в макушку и отстранился, озабоченно глядя на Кики.

– Что тут у тебя приключилось? Я гнал как сумасшедший. Ты в порядке?

– Я-то жива и даже здорова. А вот какому-то парню не повезло. Слушай, может, ты пройдешь? Не стоит устраивать показательные выступления перед соседскими «глазками».

Он торопливо прошел в квартиру, поставил на тумбочку пакет с гамбургерами.

– Я подумал, ты голодна, а у тебя в доме нет никакой еды.

– Аппетит у меня отбило начисто, – пожаловалась Кики.

Развязывая шарф, Стас с опаской оглядывал квартиру. Выглядел он неважно: глаза покрасневшие, лицо сонное, да и не брился он как минимум три дня. Хотя уставший вид его совсем не портил: даже сейчас Стас был стопроцентно похож на какого-нибудь красавчика из рекламы машин или дорогого виски. Кики привычно залюбовалась им.

– Этот твой… труп… он где?

– Увезли. Не жажду узнать куда, но, наверное, в морг. Поставят в очередь на вскрытие…

– Какая мерзость! Скоро аппетит пропадет и у меня.

В кухне Кики тут же занялась кофе, а Стас взгромоздился на высокий барный стул и зашелестел бумажным пакетом.

– Гамбургер, кола, картошка. Ты что будешь?

– Я же сказала: есть не хочу. Меня до сих пор слегка подташнивает.

Оба замолчали. Вода в турке не требовала пристального внимания, но Кики не отрывала взгляда от крошечных пузырьков. Стас за ее спиной торопливо жевал гамбургер, в стакане с кока-колой позвякивали кубики льда. Внезапно ожило радио и веселым голосом сообщило, что в Москве девять утра.

– Ты хоть спала ночью? – спросил Стас, спрыгивая со стула и подходя к ней. – Выглядишь ты утомленной.

– Спала. Я на дачу ездила. Не могла оставаться в квартире, здесь было просто ужасно.

– Сильно испугалась? – Он сочувственно провел по Кикиной спине кончиками пальцев.

– Конечно! Меньше всего я ожидала найти дома мертвого незнакомого мужика. Приехала из аэропорта, а он тут лежит, в коридоре… И голова вся в крови.

– Стоп! Давай по порядку. Расскажи все с самого начала. Ты приехала из Домодедова…

– Да, я приехала из Домодедова, но по дороге случилось небольшое ДТП. Сахар будешь?

– Нет, спасибо.

Кики взяла свою чашку с кофе, пристроила ее на стойке, подвинула поближе пепельницу и закурила, не обращая внимания на недовольство некурящего Стаса. Одной сигареты ей хватило, чтобы рассказать все, начиная от происшествия на Каширском шоссе и заканчивая туманными намеками майора.

– Весело, – прокомментировал Стас, усиленно разгоняя руками сигаретный дым. – Не нравится мне эта история.

– Полностью согласна. Честно сказать, я вполне обошлась бы без трупов в собственной квартире.

– Да еще неизвестно, откуда он вообще тут взялся… Ты знаешь, как его зовут, этого мужика?

– Матвеев Максим Николаевич.

– Не очень-то редкая фамилия. Ну а как он выглядел?