Читать книгу - "Russian Mafia 3 - Arladaar"

class="p1">— Привет! — смущённо сказал Жека. — Ты прекрасна… Я тебя даже не узнал.

— Старалась! — лукаво улыбнулась Марина и показала узкой розовой ладошкой на стол: — Прошу. Я принимающая сторона.

— Спасибо, — Жека повесил куртку на вешалку и сел за стол. Ощущение неловкости не проходило — очень уж обворожительно выглядела подружка, да и Жека не понимал цель этого приглашения и то, какие отношения между ними возможны на данный момент. Он уяснил одно — если женщина так одевается, это не обязательно, что она непременно хочет прыгнуть к тебе в постель. Ей может так нравиться ходить, да и чем богаче человек становится, тем более он может себе позволить.

— Я решила, что сегодня вечером нам подойдёт обычная европейская кухня, — улыбнулась Марина и нажала кнопку вызова на стене для подачи блюд.

Вошедшие официанты — парни, одетые в чёрные, идеально отглаженные брюки и белоснежные рубашки, тут же подали холодное — креветки с сырным соусом и салат из рукколы, открыли бутылку белого вина и разлили по бокалам. Чуть поклонились и тут же ушли, неслышно прикрыв дверь. «Школа! Выучка!» — подумал Жека.

— Знаешь… У тебя тут как в лучших домах Лондона, — Жека протянул бокал с вином Марине и взял свой, чтобы чокнуться. — Я тебе без шуток и лести говорю — сущую правду. Довелось побывать во многих заведениях от Москвы до Украины, Польши и Германии. Твоё кафе украсило бы любую столицу этих стран и везде считалось бы элитным.

— Спасибо, — очаровательно улыбнулась Марина, блеснув белоснежными зубками и чокнулась с Жекой. — Я в это дело вложила всю себя. Это же моё увлечение, моя работа моя жизнь. Меня этому учили — делать людям хорошо.

— Я не могу понять, почему у тебя до сих пор заведение имеет статус кафе, а не ресторана, — заметил Жека, пробуя вино.

— Но ты же не первый год в бизнесе, — рассмеялась Марина. — Статус заведения «ресторан» у посетителей ассоциируется с чем-то помпезным, дорогим, недоступным для большинства населения. Ассоциируется с местом, для посещения которого нужно одеваться в нарядную одежду и брать с собой много денег, потому что там всё дорого. А кафе — более приземлённое понятие. В кафе можно прийти просто так, взять кофе с беляшом и перекусить. А поедаешь беляш, захочется 100 грамм водки, а под неё пельмени захочется. Вот так это работает. Днём у нас совершенно демократичное русское меню — первое, второе, пироги, беляши, пельмени. Всё доступно по цене, поэтому обычные люди сюда заезжают на обед, если неохота готовить дома.

— Ну ладно, предположим, я согласен, — кивнул головой Жека и налил вина себе и Марине. — А как получается смена посетителей? Сейчас я смотрел — люди явно богатые сидят, и едят они не беляши с пельменями. Там и лобстеры, и стейки, и креветки лежат, и коньяк французский в бутылках.

— Смена посетителей происходит вечером, — пожала плечами Марина. — К 19 часам обычные посетители сами расходятся, потому что у них семьи, дети, домой надо после работы. А те, кто хочет вечером отдохнуть и провести досуг, наоборот, появляются. Ещё примерно час аудитория пересекается, но потом дневная аудитория окончательно расходится. Кто-то, конечно, остаётся, мы смотрим, как человек ведёт себя, — если по-прежнему делает заказы и ведёт себя адекватно, пусть сидит. Но такое, еще раз повторяю, существует очень редко. Дневная и вечерняя аудитория практически не пересекаются.

После холодной закуски подали омаров и стейк из норвежской сёмги. Маринка решила ограничиться рыбным меню и белым вином, что Жеке, в сущности, подходило как нельзя лучше. Понемногу разговорились ещё сильнее, затронув уже и личные темы. Как Графин и предполагал, Маринка с Лёхой разошлась.

— Не сошлись взглядами на жизнь, — небрежно махнула она рукой. — Я же в институт поступила на заочное, на экономический факультет. В нашей профессии высшее образование нужно, как нигде. В планах у меня расшириться. Уже на свои деньги открыть ресторан и ночной клуб. Сейчас я на проценте и стала пайщиком у Славки. Денег мне хватает. Но я хочу своё, понимаешь?

— Понимаю, — согласился Женька. Уж он-то знал, как жить без своего дома и ездить на арендованных машинах.

— Лёшка хороший, но… — Марина помолчала. — Он достиг своего потолка. Учиться дальше он не хочет. В дело вникать — тоже. Его предел — наёмный менеджер. Решала трудных вопросов. И… Развлечение на ночь. Мне этого мало. Когда начинаешь на жизнь смотреть по-другому, появляются другие увлечения — театр, опера, балет, танцы, хорошая музыка, общение с хорошими душевными людьми. Но когда у твоего парня этот досуг не вызывает отклика, а ему нужны лишь охота, рыбалка, бокс, поездки в деревню к бабке на картошку, то разрыв неизбежен. Его, кстати, не я бросила. Он сам сказал, что жить так больше не хочет, ему нужна простая девчонка. Собрал вещи и ушел.

Ну что ж… Как Жека и предполагал, то и случилось. Не сошлись характерами и интересами. Простой деревенский парень, чудом попавший к Славяну в бригаду, не смог жить так, как нужно жить, обладая большими деньгами. Не смог заткнуть свои деревенские хотелки подальше и хотя бы для вида стать человеком более высокого класса. Жеке тоже смерть как не хотелось таскать пиджаки и смокинги, ходить по светским приёмам и в драматическую оперу, но этого требовало его положение успешного бизнесмена. Лёха же не смог сыграть на этом поле, достиг своего уровня, и сейчас такая красотка осталась одна. Хм… Почему одна? Ведь рядом есть Жека! Старый добрый друг! И сердцеед…

— Ну ничего, Марин, найдёшь себе парня! — заметил Жека. — Ты девушка видная. Я бы даже сказал, красавица. И умница. Поэтому приглашаю тебя к себе в Германию. У нас, правда, своего дома пока нет, живём в гостинице, но если появится, я тебе сразу позвоню. А может, решишь там и остаться. Осмотришься. Там, Марин, возможностей намного больше. У меня уже есть там ресторан и ночной клуб экстра-класса, помог бы и тебе раскрутиться. Смотри сама. Здесь ты будешь постоянно под тенью крутых, блатных, беспредельщиков, мусоров и всякой херни. Там, конечно, тоже не рай земной, но однозначно получше, чем здесь.

— Предложение соблазнительное, — обворожительно улыбнулась Марина. — За это стоит ещё выпить.

И выпили! И ещё! И потом ещё! А в конце концов очутились у