Читать книгу - "Russian Mafia 2 - Arladaar"

в фонд развития города. Не менее 100 тысяч марок. После этого можете обращаться в департамент миграции. Я посодействую решению вашего вопроса.

— Прекрасно! — рассмеялся Жека. — А вы хорошо играете! Не желаете выпить?

— С удовольствием! — согласился Шотц. — Я не из тех, кто бесконечно играет в бильярд. Пора дать стол другим.

Жека гадал, что же будет пить шеф полиции. Раньше он думал, что все немцы, как показывали в фильмах про войну, пьют непременно шнапс, а шнапс в фильмах был показан какой-то мочой. Да, шеф полиции пил шнапс, но этот напиток был 40 градусов крепостью!

Шотц заказал литровую бутылку шнапса с вишней на этикетке и две тарелки жареной свиной колбасы на закуску.

— Куда столько? — осторожно спросил Жека, думая, что литряк в два рыла осилить тяжеловато будет, если Шотц начнёт гнать коней и подливать.

— Разве это много? — усмехнулся Шотц. — Попробуйте. Вам понравится.

Шотц разлил прозрачный напиток по небольшим узким рюмочкам-снифтерам. Жека понюхал — у шнапса была удивительная смесь вишнёвого аромата и спиртового запаха.

— Это и есть тот самый знаменитый немецкий шнапс? — спросил Жека.

— Строго говоря, нет, — не согласился Шотц. — Именно этот напиток называется Киршвассер, то есть «вишнёвая вода». Его можно отнести к шнапсам, но всё-таки это отдельный напиток, такой же, как виски, например, или ром. Попробуйте.

Жека попробовал киршвассер. Крепость чувствовалась, но чувствовалась сладость и вишнёвый вкус. И немного ощущался аромат миндаля — похоже, сусло для киршвассера делали, не отделяя вишню от косточек. Вкус ему понравился. Можно использовать этот киршвассер как напиток для посиделок, но напиться им было довольно трудно — после третьей рюмки уже хотелось замахнуть что-нибудь горькое и перебить эту приторную сладость.

— Очень хорошо! — согласился Жека, заедая киршвассер куском свиной колбасы. — У вас есть вкус!

— Да никакого вкуса нет! Это же национальный напиток из нашей области! — рассмеялся шеф полиции. — Пьётся он по случаю. Вот, вас познакомил с ним, господин Соловьёв.

Антонио Дженовезе, сидевший в одиночестве поодаль, увидев, что у шефа полиции намечается посиделка, захватил бутылку итальянской граппы — грубой виноградной водки и, не спрашивая разрешения, сел на свободное место.

— У вас тут весело! — полуутвердительно сказал Антонио. — Присоединюсь, пожалуй что.

— И правильно сделаешь! — заявил Шотц. — Киршвассер будешь?

— Нет, я граппу! — Антонио потряс бутылкой. — Кто будет этот напиток богов?

— Давай я попробую, — решился Жека и протянул свой снифтер.

— Смотри, самогонка может показаться гремучей, — усмехнулся Антонио. — Это напиток для крепких духом людей.

— Я как раз из таких! Наливай! — заявил Жека. — Я ни разу не пробовал ээти напитки, поэтому ничего не знаю.

— Это Джовани бьянка, — сказал Антонио. — Молодая граппа крепостью 50 градусов.

Вкус у напитка был резкий, но сам по себе ароматный, отдавал ванилью, корицей и шоколадом.

— Неплохо! — признался Жека.

Посидели ещё немного, потом к застолью подключился шеф госбезопасности области Гессен Франц Вебер, весёлый мужик лет сорока, одетый в гражданский костюм и галстук.

— У вас тут всё веселее и веселее! — заметил он. — Надоели эти старикашки. Посижу с молодыми.

— Я как раз собрался подышать воздухом, — сказал Антонио, потом обратился к Жеке: — Не хочешь составить компанию?

— Пойдём сходим проветримся, — пожал плечами Жека. — Здесь и в самом деле, кажется, стало слегка жарковато.

Вышли во внутренний дворик, где находился небольшой фонтан, сейчас не работающий, и гранитные лавочки вокруг него. Телохранители заняли места вокруг, внимательно оглядываясь по сторонам. Антонио предложил Жеке ароматную доминиканскую сигариллу и тут же уверенно заявил:

— Я знаю тебя. Ты недавно приехал из России и открыл ресторан в Эшборне.

— Всё так, — согласился Жека, закурил сигариллу и тут же поперхнулся — была она порядком крепка.

— Франкфурт город опасный… — неопределённо сказал Антонио. — Здесь всё кажется не таким. Деловые люди должны дружить друг с другом, чтобы не попасть в беду.

— А я не против дружить с достойными людьми, — заметил Жека. — Ты, кстати, знаешь Луиджи Дженовезе?

Тут настала очередь Антонио закашляться, но уже от удивления.

— Откуда ты его знаешь? — спросил он.

— Видел в Москве полгода назад, — осторожно ответил Жека. — Мы подписывали контракт на поставку итальянской техники по производству продовольственных товаров. Он сидел в представительстве фирмы FATA group.

— Это мой родной брат, — ответил Антонио.

Вот так да… Только к добру ли Жека помянул про того сицилийца?..

Глава 24

Смерть Белого дракона

— И как тебе мой братец? — усмехнулся Антонио.

— Не знаю, — пожал плечами Жека. — Ничего не могу сказать. Он работал в представительстве FATA, но чем занимался там, я не знаю. Все переговоры я вёл с неким Фабрицио Конти.

— Конти… Это известная, уважаемая фамилия, — заметил Антонио и опять налил Жеке и себе граппы. — Одна из старейших семей. Владельцы крупных бизнесов. Неприкасаемые. Фабрицио, как наследника семьи, отправили натаскиваться опытом в самую глухомань, в Россию. И он хорошо пополнял семейный бизнес на выгодных контрактах.

— Я думал, он обычный бизнесмен, — сказал Жека, пробуя граппу. — Показался мне культурным и вежливым.

— Ха-ха-ха! А ты думал, мафия — это непременно накачанные гангстеры, которые крушат всех подряд? — рассмеялся Антонио. — Это стереотипы. Совсем не так. Мафия вхожа к министрам и президентам. Живёт в старинных замках и имеет свои виноградники с фамильным вином, ведёт свои дела ещё с 18 века. Есть, конечно, и уличные силовые бригады, но они никогда не знают, кто настоящий дон.

— Тогда я совсем не пойму, зачем твой брат связался с этими Конти, — заявил Жека и окончательно допил граппу, тут же закурив «Мальборо».

— Семья Конти — чистоплюи, — немного презрительно сказал Антонио с лёгкой усмешкой. — Они устраняют неугодных им людей так, что комар носа не подточит — всё выглядит естественно: автокатастрофы, пожары из-за неисправной электропроводки и тому подобное. Моего брата они используют для грубых дел. Если кого-то нужно отправить на тот свет жестоко и кроваво, даже показательно. Например, перерезав ему горло в людном месте или взорвав машину.

— Ясно, у вас там свои порядки… — заявил Жека. —