Читать книгу - "Russian Mafia 5 - Arladaar"

абы какой таксомотор к «Гудку» подавать не станут, только проверенный по всем статьям. Жека подошёл к «Волге», открыл дверцу и сел на переднее сиденье. Хотел увидеть родной город во всей красе.

Сегодня ехал днём и видел, как всё больше родной город погружается в помойную яму. Улицы были грязные, замусоренные. На тротуарах и на дороге валялись пустые бутылки, мусор, пластиковые пакеты. Люди, доведённые нуждой до отчаяния и беспредела, уже не задумывались что они делают. Чтоб вот так при Союзе мусор на землю швыряли?

Вдобавок хронические невыплаты заработной платы привели к тому, что даже дворники разбежались кто куда. Гораздо больше можно было заработать, торгуя на базаре овощами, чем работать на заводе или даже дворником. А те, кто пошустрее, скидывались в складчину деньгами и посылали одного человека на чартерном рейсе в Китай или в Турцию. Или на крайняк ездили коммерческим автобусом на оптовый рынок, в тот же самый Новосибирск. Затаривались товаром, везли в город огромные клетчатые болоневые сумки. Торговали на базаре и на улице шмотками, кассетами, дисками, парфюмерией, косметикой… Да всем. На каждой остановке виднелись или палатки, или отдельные прилавки, а то и вообще стояли стойки с одеждой прямо у дома, а рядом на деревянном ящике сидел продавец, рядом с ним ошивался охранник. С этого и начинался начальный капитал многих.

Множество бомжей стояли у киосков, ждали, когда освободится пивная бутылка, поднимали дымящиеся окурки или открыто слонялись и выпрашивали деньги. Толпами ходили и приставали цыгане, разводя лохов на «дай погадаю». У вокзала сидели напёрсточники в окружении страждущих выигрыша. Толпами бегали дети-беспризорники, некоторые прямо на остановке нюхали клей или выпивали из горла водку и пиво. Уже в который раз после чинной Германии, попав сюда, опять сложилось впечатление, что попал в ад. Переход из социализма в капитализм получился тяжёлый. Ну а что, какой поп, такой приход… Мэру Конкину было не до этого — денег в казне, скорее всего, сейчас мало. Да и та уходила себе в карман и нужным людям. Финансирование города шло по остаточному принципу.

— Что-то у вас совсем тут бедлам, — сказал Жека таксисту, рассудительному пожилому водиле. — С каждым разом, как не приезжаю, всё хуже и хуже.

— Денег нет у людей, оттого и пьют. Сейчас уже и не знаешь, где платят, — ответил таксист, окинув оценивающим взглядом Жеку. — Раньше на заводе хорошо платили, сейчас плохо платят, да и с такой инфляцией зарплата не успевает повышаться. Некоторые шахты уже закрыли. Западная программа по утилизации старых производств. Народ бездействует, сидит без денег. А чем заниматься? Девка на панель, парень в бандиты или коммерсанты. Детишки на улице бегают никому не нужные. Бухают, клей нюхают. Беспредел, в общем. Довели страну дерьмократы…

На Жекино счастье, Славян ещё не ушёл домой, хоть время и перевалило за окончание рабочего дня. Так и сидел в одиночестве у себя в офисе «Инвестфонда». В конторе негромко играла магнитола, чувствовался запах ароматных дорогих сигарет, дорогой туалетной воды и коньяка. Запах офиса преуспевающего бизнесмена. Увидев Жеку, Славян не сильно удивился. Но обрадовался.

— Я уж думал, ты сгинул совсем, братан, — сказал Славян, пожал руку и достал из сейфа бутылку виски. Набулькал два бокала, протянул один Жеке.

— Не совсем, — рассмеялся Жека и попробовал напиток. — Нормально!

— Рассказывай, как съездил? Как Светка? — сказал Славян. — Отбил её?

— Отбил, — согласился Жека. — Ты знаешь, если буду рассказывать, не поверишь. Как будто в боевик попал.

— А ты расскажи, — заметил Славян и тоже отхлебнул из бокала.

— Есть у меня люди хорошие в Германии, — сказал Жека. — Подняли запись с видеокамеры, оказалось, Светку похитили наши хорошо знакомые дядя Крот и Бурков, здешний гэбист.

— Ни хера себе, — удивился Славян. — Как так случилось, у Светки охраны не было?

— Была. Подловили их, — сказал Жека. — Двоих моих пацанов убили из бригады, Ирину, моего бухгалтера, ты её помнишь, ранили, стреляли по ней. Сахарихе сказали, что если будет выступать и брыкаться, меня грохнут. И свалили в закат. Но у меня есть верные люди. Отследили их, оказалось, в Америку подались, в Нью-Йорк. Я сразу понял, куда они лыжи навострили: к Сахару младшему. В одиночку ехать в Америку меня отговорили. Нанял я хорошего специалиста. Бывший наёмник. Да даже не бывший, а нынешний. Профессионал экстра-класса. Американец. Поэтому Америку знает как свои пять пальцев. В общем, заплатил я ему за работу 100000 долларов.

— Ни хера себе, — повторился Славян ещё более удивлённо. — Сумма ого-го.

— Сумма большая, — согласился Жека. — Но мне нисколько не жаль. Он Америку знает как свои пять пальцев. Всех бандюганов, что там живут, а там всякой херни навалом: мафия, негры, сектанты, мексиканские картели. В общем, он грамотно всё сделал, провёл разведку и поиск: за неделю вы нашли виллу Сахара в США. На побережье Род-Айленда, есть такой штат в Америке. Спланировали операцию, освободили Светку. Ну и грохнули всех людей Сахара, само собой. Этим всё и закончилось, потом я вернулся в Германию, Светку привёз в наш новый дом, оставил там под охраной. Она, конечно, сидеть дома не будет, у нас же там бизнес, но хоть угрозы кое-какие я там нейтрализовал. А сам поехал сюда по делам. У меня дела есть незаконченные, как ты знаешь.

— Дела потом! — заявил Славян. — Сейчас давай сначала ещё раз выпьем за то, что ты говоришь. Это реально боевик. Крота тоже мочканули?

— Мочканули… — помолчав, признался Жека. — Он окончательно катушкой съехал. Против крестницы пошёл. Все они двинутые на башку.

Пожалуй что, так оно и было…

Глава 15

Дела с Конкиным

Выпили, закурили, потом Славян спросил, что Жека будет делать дальше.

— Планы те же, — сказал Жека. — Акции комбината. Но сначала поговорим не об этом, давай о другом. Есть ещё одно дело, которое я хочу тебе предложить. На равных правах, так сказать.

— Говори, — согласился Славян.

— Есть подсобное хозяйство комбината. Ты знаешь его. Туда тоже ушло много моих сил, денег и времени. И всем этим я занимался. Как только меня отсюда ушли, Сахар-старший приватизировал его.

— Да ну, гонишь, — не поверил Славян. — Ты вроде ничего не говорил насчёт этого.

— Я не помню, говорил это или