Читать книгу - "Бешеные деньги - Александр Белов"

Когда Йорст ван дер Дул поступал на филфак Гронингенскогоуниверситета, он хотел изучать какой-нибудь исключительно сложный язык. Оноказался перед дилеммой: выбрать, китайский или русский. В конце концов выбралрусский. И до сих пор об этом не жалел.

Как раз ко времени окончания университета в России всезашевелилось и ожило. Йорст зачастил в Москву и Петербург, где у него появилосьмного друзей. По российской традиции ему присвоили отчество – для русских онбыл теперь Йорстом Вандеровичем.

Просто любовь к стране вскоре стала подкрепляться иприличными заработками. Голландские фирмы все более активно проникали нароссийский рынок и все более нуждались в квалифицированных переводчиках. Такчто Йорст если и не разбогател, то все же чувствовал, что на кусок хлеба смаслом он всегда заработает. Со временем же у него появилось еще односвоеобразное увлечение, опять же связанное с Россией.

Все началось после того, как в один прекрасный день Йорступозвонил и попросил о встрече человек из Нидерландского отделения Интерпола.Йорсту предложили принять участие в акции против русской мафии.

Крутые русские парни одними из первых в Европе сталиобзаводиться модной новинкой – радиотелефонами, при помощи которых и общалисьмежду собой. Не стесняясь в выражениях и весьма откровенно. Наверное, они былиуверены, что без наличия проводов подслушать их никто не сможет. Однакотехника, уже имевшаяся в распоряжении европейских спецслужб, вполне позволялафиксировать все эти телефонные разборки и стрелки. Слушались новенькие переносныетелефоны даже лучше, чем стационарные.

В пригороде Амерсфорта на улице Сингел располагалось вполнеобычное трехэтажное здание. Мало кто знал, что именно здесь базируется один израдиоцентров голландских спецслужб. В светлой комнате на третьем этаже,оснащенной новейшей аппаратурой прослушивания и работал время от времени Йорст.Назывался этот вид оперативной деятельности почему-то работой «в подвале».Платили за это не слишком много, но причастность к тайне уже сама по себе быласвоеобразной наградой за усилия и усердие.

При прослушке первого же разговора Йорст понял, что он незнает русского языка. По крайней мере это был не тот язык, которому его учили вуниверситете и на котором он общался в Москве и Петербурге. ПришлосьВандеровичу раскошелиться. В книжном магазине «Пегасус» рядом с Амстердамскимуниверситетом он за целых двести гульденов прикупил русско-английский словарьненормативной лексики, составленный каким-то любителем острого русского словаиз Чикагского университета. Там уже был соответствующий русский язык. Покрайней мере, именно тот, на котором изъяснялись так называемые новые русские…

Последний его «подопечный» оказался и вовсе трудным орешком.Мало того, что вместо «Добрый день» он говорил «… твою мать!», он еще ударенияставил хуже, чем Йорст на первом году обучения. А неповторимый его говорзаставил Йорста вспомнить, как он с русской подружкой Верой ездил без визы насоветскую еще Украину, притворяясь немым латышом. Оперативное имя объекта было«Хохол», впрочем, собеседники так и называли его, неизменно добавляя к имени тоили иное сакраментальное словцо из заветного словаря.

Начальство придавало прослушке Хохла большое значение.Кажется, русские очень хотели заполучить его на историческую родину, чтобыотправить в сентиментальное путешествие в самую холодную ее часть… Утром Йорстначинал день с быстрой прокрутки ночных разговоров, а после, обычно ко второйчашке кофе, он переходил в режим «он-лайн».