Читать книгу - "Цену жизни спроси у смерти - Сергей Донской"

С пляжа вели две пешеходные дороги, обхватывающие здание с обеих сторон. Вместо того чтобы устремиться по одной из них вниз, Громов остался на распутье, решив дождаться мужчину здесь.

Зачем он был ему нужен? Скорее интуитивное, чем рассудочное, решение. До недавнего времени в гостинице «Бриз» проживал человек, которого прихлопнули только за то, что сложением он походил на Аркадия Сурина. Теперь Громов, как он полагал, случайно стал свидетелем еще одного убийства. В обоих случаях жертв утопили. Разве этого мало, чтобы заинтересоваться личностью подозрительного незнакомца?

Тот появился минут через пять, попивая на ходу пиво из запотевшей бутылки. Был он настолько волосат, что напоминал большую обезьяну, обряженную для потехи в человеческую одежду. И походка у него была соответствующая. Вот только растительность на голове не соответствовала общему облику. Волосатые мужчины встречаются в природе в изобилии, а лысые обезьяны науке пока что неизвестны.

Громов двинулся за мужчиной следом, когда тот, проворно переставляя кривоватые ноги, свернул на подъездную аллею, где находилась также и автостоянка. К счастью, спешно искать машину для преследования не пришлось – мужчина явился на пляж на своих двоих и удалялся точно таким же незатейливым способом.

Держась тенистых тротуаров, он прошел несколько кварталов, изредка засматриваясь в магазинные витрины, а один раз даже изменив маршрут следования на сто восемьдесят градусов. Громов был готов к подобным маневрам, и застать его врасплох мужчине не удалось. Кончилось тем, что тот выдул еще одну бутылку пива под раскидистым платаном, удовлетворенно отрыгнул и свернул за угол, где его путешествие и завершилось.

РОВД – вот как было обозначено здание, в котором скрылся мужчина. На табличке имелась и подробная расшифровка этой аббревиатуры, да только отделение милиции, оно и в Африке отделение милиции, и в Сочи.

Проходя мимо, Громов пытался понять, что бы это значило. Явка с повинной? Как же, разогнался убийца на своих кривеньких ножках каяться и давать показания! Прежде чем войти, он обменялся рукопожатием с милицейским лейтенантом, скучавшим возле патрульной машины. Этот человек работал здесь, причем сверхурочно, как понял Громов, посмотрев на часы. За свой ненормированный рабочий день он мог успеть не только утопить девушку, но и приступить к расследованию обстоятельств ее гибели. Очень удобно и необременительно. Называется: сам пью, сам же и гуляю.

«На чужих поминках», – уточнил Громов про себя, повернув обратно. Кое-какой информацией к размышлению он себя на ближайшее будущее обеспечил. Теперь оставалось найти приличный ресторан и позаботиться о хлебе насущном.

* * *

Дежурный администратор, крашеная соломенная блондинка, которая, в зависимости от настроения, могла выглядеть то лет на тридцать, то и на все сорок с лишним, восприняла появление Громова без особого воодушевления, но и без явного неудовольствия. Когда они уединились в служебном кабинете, годков ей можно было дать около тридцати пяти. Должность и возраст обязывали эту женщину быть подтянутой. А белая прозрачная блузка – носить бюстгальтер, что в курортном городе смотрелось довольно экстравагантно.

– У входа стоит машина «Скорой помощи» и милицейский микроавтобус, – произнес Громов, дружелюбно поглядывая на собеседницу. – В гостинице что-то произошло?

– Неужели для вашей организации существуют какие-то секреты?

Женщина улыбнулась, очень удачно скопировав Джоконду. Громов мысленно вычел из ее возраста еще пару лет и ответил улыбкой не менее загадочной.

– Считайте это любопытством обычного отдыхающего.

– Но тогда я просто не вправе беседовать с вами на подобные темы. – Теперь не только губы женщины, но и ее глаза тоже улыбались.

Громов хотел было отшутиться, однако вовремя вспомнил, по какой причине находится в этом кабинете, и придал своему лицу то самое каменное выражение, с которым часто был вынужден общаться даже с теми людьми, которые были ему симпатичны.

– Зато я вправе беседовать с вами на любые интересующие меня темы. Этого достаточно?

Заметив резкую перемену в его поведении, администратор тоже посерьезнела:

– Вполне.

– Отлично. – Приподнятым уголком губ Громов выразил собеседнице одобрение за понятливость. – Так что же у вас здесь стряслось, пока я гулял по городу и знакомился с достоинствами местной кухни?

Администратор откинулась на спинку стула и сложила руки на груди:

– У нас – я имею в виду гостиницу – ровным счетом ничего не случилось. А на пляже обнаружена утопленница.

– У мола? – быстро спросил Громов.

– Откуда же мне знать? – администратор развела руками. – Я понятия не имею, кто утонул, где именно и как. Если несчастье произошло с кем-нибудь из наших постояльцев, меня, конечно, скоро известят об этом в самом ближайшем будущем. А пока что я вряд ли могу быть вам полезна. Извините.

– И все равно у меня есть к вам вопросы. – Громов машинально достал из кармана сигаретную пачку, но тут же спрятал ее обратно, потому что терпеть не мог просить людей о каких-либо одолжениях. Задавать вопросы по долгу службы – это одно, а просить разрешения закурить – совсем другое.

– Пожалуйста, задавайте ваши вопросы. – Это было произнесено не слишком любезно.

– Может быть, я ограничусь двумя-тремя, – сказал Громов примирительным тоном. – Все зависит от ответов.

Женщина пожала плечами:

– В таком случае я постараюсь давать исчерпывающие ответы. Чтобы не отнимать у вас драгоценное время.

Громов пропустил сарказм мимо ушей. В первую очередь его интересовала конкретная информация, а не переменчивое, как погода, женское настроение.

– Среди постояльцев гостиницы есть стройная молодая блондинка? – бесстрастно спросил он.

И без того худое лицо дежурного администратора вытянулось. Она ведь тоже красила волосы в светлый цвет и считала себя очень даже стройной. Но собеседника интересовала молодая блондинка, и сознавать это было не слишком приятно.

– Стройных и молодых летом здесь хоть пруд пруди, – сообщила она с кислой миной. Можно было подумать, что речь идет о тараканах, на которых никакого яда не напасешься.

– Эта девушка носит белый купальник, – уточнил Громов. – Такой, знаете… – Он запнулся, не зная, как описать увиденное, чтобы не показаться собеседнице похотливым развратником.

– Смелый? – подсказала она.

– Вот именно, – подтвердил Громов с облегчением. – Можно сказать, отважный.

– Открытый?

– Да. Весьма.

– А фигурка у девицы просто загляденье, так?

– Ну… – Громов опять замялся. Расхваливать одной женщине фигуру другой – дело небезопасное. Запросто можно превратить собеседницу из союзника в недоброжелателя. И вызывать ее тогда на откровенность без специальных средств не удастся до окончания летнего сезона. – Фигура как фигура, – буркнул он, откашлявшись. – Спортивная.