Читать книгу - "Хеллоу, Альбион! - Алексей Хренов"

700 дней капитана Хренова. Часть 3. Хеллоу, Альбион!

Глава 1

Десять минут жизни на одном моторе

«700 дней капитана Хренова. Часть 3. Хеллоу, Альбион»

Белые скалы и чёрные кресты.

Морской лётчик, капитан Алексей Хренов, несётся из пылающей Франции через узкую полоску воды, за спиной — дым Дюнкерка и немецкие истребители на хвосте. Впереди — Англия. Туманы, радары, чай с молоком и небо, за которое идет битва.

Остров встречает его сиренами, гулом моторов, нацеленными винтовками и… допросами.

Здесь считают минуты до перехвата и секунды до выстрела. Здесь «Спитфайры» и «Харрикейны» рвутся вверх, а Люфтваффе приходит волнами и совсем не с добрыми намерениями.

Битва за Британию — это уже не хаос отступления. Это упрямство. Холодный расчёт. И воздух, в котором ошибаются только один раз.

Лёха Хренов не из тех, кто складывает крылья. Он снова спорит с высотой, с «мессерами» и с судьбой. Теперь — над Ла-Маншем, над Дувром, над Лондоном.

Франция осталась позади. Его же война снова только начинается.

Если вы, уважаемый читатель, только подлетаете к этой истории, загляните в предыдущие книги — именно там зародился этот вечный крен на авантюру, скорость и приключения:

«Лётчик Лёха. Испанский вояж»

https://author.today/work/396119

«Лётчик Лёха. Иероглиф судьбы»

https://author.today/work/474676

«700 дней капитана Хренова. Бонжур, Франция!»

https://author.today/work/517081

Там всё началось. А здесь и сейчас — как водится, неожиданно продолжается.

Можно читать по порядку. Можно сразу нырнуть в огонь без предупреждения.

03 июня 1940 года. Небо над Ла Маншем, между Францией и Англией.

Их Франция закончилась не точкой, а пикированием.

Ещё несколько минут назад Лёха с Жизель и очкариком из аналитического отдела возвращались из разведки под Дюнкерком — доклад о массовом налёте на Париж уже ушёл в штаб, бомбы сброшены, задача выполнена. Под крылом тянулись дымящиеся дороги и разбитые колонны, его «Бостон» лёг в плавный левый вираж, разворачиваясь домой к Парижу. Впереди на горизонте сквозь дымку проступили меловые скалы Англии, а потом слева над побережьем появились чёрные точки.

— Трое… нет, четверо, — выдохнула Жизель по внутренней связи.

Звено «сто девятых» шло слева от них, со стороны Кале — двумя парами, с аккуратным превышением по высоте, с той спокойной геометрией, которую немцы считали почти моральной категорией.

Под ними дымился Дюнкерк. Пляжи были испещрены движением, море ещё не было пустым. Англия угадывалась на горизонте бледной полоской, почти насмешливо близкой.

Адольф Галланд и его четвёрка в этот момент были, по сути, единственными немецкими самолётами над побережьем Дюнкерка. Остальная авиация суетилась южнее, в налёте на Париж, устраивая столице Франции «желаемое влияние на моральный дух». Здесь же было тихо. Рабочая смена. Остров вдалеке, дым над портом и одинокий бомбардировщик, который слишком шустро решил, что успеет.

Лёха не стал ждать, пока они подойдут на комфортную дистанцию.

— Красиво идут, сволочи… — буркнул он и толкнул газ до упора.

«Бостон» лёг обратно в правый разворот, прочь от хищных немецких акул, и нырнул к воде. Внизу сверкала серая гладь Ла-Манша. Если был шанс уйти, то только там, где плотный воздух, скорость и море.

Стрелка скорости поползла вверх. Четыреста двадцать. Четыреста пятьдесят. Вот уже почти пятьсот.

Немцы, не сомневаясь, рванули следом.

Теперь это была уже не Франция. Это был пролив. Узкая полоска воды между поражением и новой войной.

Четыре тысячи метров давали им преимущество. Галланд держался чуть выше, наблюдая, как тяжёлый бомбардировщик скользит к воде.

— Вторая пара — вперёд. Разомнитесь, — спокойно бросил он в эфир.

Два замыкающих «мессера» скользнули вниз, набирая скорость. Цель уходила к морю и стремительно разгонялась — как рыба, решившая уйти в глубину.

Первая атака вышла, можно сказать, учебной. Вторая пара начала огонь метров с четырёхсот. Трассы вытянулись к бомберу красивыми, но бесполезными линиями. Тот плавно скользнул на крыло, ушёл в лёгкий манёвр, и очередь прошла мимо.

— Ближе подходите, не на параде же, — сухо заметил в рацию Галланд.

И тут бомбер ответил. Из кормовой установки потянулись длинные, злые очереди. Испуганные, даже хаотичные, но вполне себе расчётливые. В какой-то момент трассы легли точно перед ведомым первой пары. Тот дёрнулся, резко ушёл в сторону.

— Achtung! Получил несколько пробоин в крыле, самолёт управляется нормально, всё в порядке, — несколько нервно раздалось в эфире.

Бомбардировщик тем временем активно терял высоту. Прижимался к воде и шустро разгонялся. Его «мессеры» всё ещё были быстрее, но ни о какой полусотне километров разницы в скорости, как на высоте, речи не шло. Адольф Галланд глянул на указатель скорости. Бомбер выдавал как бы не больше пятисот километров в час. Они пока догоняли его, но скорость сближения неумолимо таяла.

Волны под бомбером мелькали слишком близко — атаковать с нормальным пикированием становилось неудобно, да и просто опасно на таких скоростях.

— Второй, выходи вперёд и подходи ближе, — приказал Галланд своему ведомому. — Пробуй догнать его, подходи вплотную и бей.

Галланд отвалил немного левее, уступая дорогу, и ведомый рванул вперёд. Почти идеально. Но бомбер снова вильнул — коротко, резко, без паники. Как человек, который уже делал это раньше.

Галланд прищурился.

Несколько дней назад над Дюнкерком они уже гоняли такой же DB-7. Ныряющий к земле, вертящийся на грани срыва, стреляющий нагло и уверенно. Тогда он ушёл. Почти у самой кромки полей.

Не этот ли?

Ведомый дал очередь метрах с двухсот — и промахнулся. Снова дал очередь, и бомбер снова сумел увернуться, может быть, немного задели ему крыло. Ведомый завис в попытке догнать шустрый бомбардировщик и вышел из атаки.

А впереди уже белели меловые скалы Дувра, покрытые дымкой Англии.

Галланд осознал, что времени на ещё один круг не будет. Если дотянут до берега — начнётся совсем другая игра с участием англичан.

— Я иду, — коротко сказал он.

Он снизился почти до уровня бомбера, вышел чуть сзади и сбоку. Не сверху — там тот ждал.

Он затянул открытие огня на несколько секунд дольше обычного, удерживая прицел левее удирающего бомбардировщика.

Бомбардировщик внезапно вильнул, не теряя скорости — хитро, почти нагло. Расчёт был понятен: разогнанный «мессер» перескочит вперёд и не станет прижиматься к воде.

— Тупой француз… — усмехнулся Галланд. — Перехитрил сам себя.

Он зажал гашетки пушек, хотя, по его мнению, было ещё далеко.

Крыльевые