Когда фигуры были расставлены, Шогер прищурился и, помедлив, взял две пешки — белую и черную. Он их спрятал в ладони и встряхнул. — Ну, кто начинает? Я или ты? Его уши подергивались, бледная кожа под редкими, прилизанными волосами вздрагивала. Он волновался. «Будь я индейцем, — думал Исаак, глядя на его шевелящиеся волосы, — я бы, наверное, срезал...

Степан Разин. «Вор и душегуб», преданный анафеме Православной Церковью и «получивший по заслугам» на плахе? Или — просто сильный человек, одержимый жаждой свободы и поневоле потопивший свою мечту в кровавом кошмаре «русского бунта, бессмысленного и беспощадного»? А может — просто удачливый до поры атаман, чьи «подвиги» не зря вошли в разбойничьи...

Без птиц, без жизни тянется серо-зеленое, усеянное белыми пятнами пространство между линией лесов и линией вечного снега, над которой начинается вечное царство зимы. Далее на север обе эти линии спускаются, пока лес не сравняется с уровнем моря. Эта пустыня в Старом Свете зовется тундрой, а в Новом — пустопорожней землей. Тут родина северного...

Это не просто увлекательный рассказ о цветах, их отличительных особенностях, местах произрастания, а и об искусстве составления и подношения букетов, о праздниках цветов, о бережливом отношении к природе....