Жанр Детективы, триллеры

В аудиокниге Сержа Брюссоло «Дом шепотов» эксцентричный миллионер Адриан Уэст мечтает заполучить магнитофонную пленку с записью последних слов погибшего при загадочных обстоятельствах легендарного актера Рекса Фейниса. Но ее поиск он поручает не частным детективам, а специалистке по пиротехническим спецэффектам Саре Кац. Чем продиктован его выбор? Почему он намекает, что между Сарой и киноактером ...

В аудиокниге Итана Блэка «У адских врат» еще в начале 18-го века, в эпоху расцвета пиратства, груженый золотом бриг морских разбойников «Гусар» затонул в Ист-Ривер. В наши дни появляются документы позволяющие установить место, где покоится корабль. Кто же теперь уничтожает одного за другим людей, заинтересовавшихся судьбой этого корабля? Обезумевший охотник за сокровищами, который пытается ...

В аудиокниге Кейт Эллисон «Секрет бабочки» люди считают Ло Марин странной. В самом деле, как еще можно назвать молодую особу, потерявшуюся в запутанном мире личных примет и мелких тайных ритуалов, сопровождающих каждый ее шаг? Девушку, избегающую контактов со сверстниками и предпочитающую оставаться дома, среди массы бесполезных предметов? И ситуации, в которые она попадает, тоже странные… ...

Джентльмен Фиппс находит в своей ванной комнате труп мужчины, из одежды на нем только пенсне. На первый взгляд он очень похож на богатого работника биржи. Но это только на первый взгляд. И инспектор Сагг никак не может докопаться до истины, пока за дело не возьмется лорд Питер. ...

В аудиокниге Кена Фоллетта «Трое» идет 1968 год. Разгар арабо-израильского конфликта. Опытный агент «Моссада» Натаниэль Дикштейн получает задание похитить уран в объеме, достаточном для изготовления атомной бомбы, и составляет элегантный, до мелочей продуманный план похищения и подмены торгового судна «Копарелли», перевозящего крупную партию урановой руды. Однако операции угрожает опасность: ...

В аудиокниге «Гончая» Владимир Зарев предлагает слушателю образ современного следователя — тонкого психолога, гражданина, стоящего на страже социалистических завоеваний. Теперь, когда мне осталось недолго жить, я был обречен кружить с высунутым языком среди собственных воспоминаний и скулить от одиночества. И еще — пройтись по тропам, знакомым с тех пор, когда я с любовью, усердием и гневом в ...